Жестокий Король (ЛП)

 — Как ты умоляла капитана.

— Ох, пожалуйста. И ты тоже, жучок.

— Что?

Я ранена, и должна была услышать об этом, как и все остальные. Я лучший друг и должна привыкнуть к этой сенсации. Он с притворной грустью качает головой.

— Говорю тебе, наша дружба держится на каменистом пути.

Я закатываю глаза.

— Ты можешь исправить это, рассказав мне, как ты умоляла его об этом. — его глаза сверкают. — На коленях? На спине? В позе шестьдесят девять? Или быть может…

Я бросаю ему в грудь маленький камешек, заставляя замолчать.

— Я же говорила, что дело не зашло так далеко. Я была под кайфом..

На секунду он замолчал.

— Не думаю, что наркотики заставляют тебя хотеть того, кого ты никогда раньше не хотела.

— Откуда ты знаешь?

Он поднимает плечо.

— Просто говорю.

— Что бы это ни значило. Ты собираешься рассказать мне свою важную новость?

— Два слова, детка, — он поднимает указательный и средний пальцы. — Стартовый. Состав.

— Что?

— Тренер выбрал меня в стартовый состав на предстоящую игру!

— Вау, это здорово, Дэн.

Я не могу притвориться, что я в восторге, как бы ни старалась.

Он смеется, прежде чем все это исчезает, и смотрит на меня своим бесстрастным лицом.

— Я вижу твою незаинтересованность, негодяйка.

— Извини, но я думала, тебе больше не нравится футбольная команда."

"— Черт возьми, нет! Я сказал, что им на меня наплевать, — он потирает руки с озорством и достижениями, написанными на лице. — Я знал, что мое время придет! Больше никаких скамеек.

— Я знала, что ты сможешь это сделать, — я обнимаю его за плечи.

— Да, черт возьми, детка. Я горжусь собой! — он поднимет ладонь в воздух, будто шлепает воображаемую задницу. — Представляешь, сколько девчонок набросится на меня после игры?

— Ты действительно свинья. И это все, ради чего ты хочешь играть в футбол?

— Это главная причина. Мой список пополниться подобным дерьмом. — он хватает мой наполовину съеденный гамбургер и заканчивает его в два огромных укуса. — Есть также все эти великолепные аплодисменты и адреналин.

— Нет, ошибаешься. Мы с футболом не дружим, помнишь?

— Ты обещала, — говорит он с набитым гамбургером ртом.

— Нет, не помню.

— Первый год, — он переходит на спокойный, шикарный акцент, как какой-то старый ведущий новостей BBC, и притворяется, что держит микрофон. — Когда Дэниел и Астрид впервые подружились, Астрид сказала ему, что ненавидит футбол, а Дэниел сказал ей, что ненавидит искусство.