Жестокий мир мужчин

Надеюсь, Лерка все еще в моей квартире. Спит, свернувшись на диване калачиком. Нашла коньяк, допила его и пребывает в беспамятстве.

Поглощенная мыслями о Лерке, я забыла о своем брате и вроде бы удивилась, когда он следом за мной оказался во дворе.

– Ася!.. – крикнул он, бросившись мне наперерез. – Ася, тебе нельзя находиться в городе. Ради бога… я обещаю, Илья приедет уже сегодня. Ты слышишь меня, слышишь?

Я что-то промычала в ответ. А он меня ударил. Ладонью по щеке, один раз, другой, и я вытаращила глаза.

– Прости, – сказал он.

Он цепко держал меня. «Так я ничего не добьюсь», – пронеслось в голове.

– Ты… Ты правда обещаешь? – пролепетала я.

– Ну конечно, когда я тебя обманывал?

– Да… – Я покачала головой и добавила: – Я люблю тебя, очень…

– И я тебя. Ты знаешь.

– Я хочу, чтобы со мной поехала Лерка.

– Лерка? Хорошо, я привезу ее.

– Нет. Сейчас. – Я сделала шаг к подъезду. Если он попытается затащить меня в машину, я закричу.

– Хорошо, попробуем ее найти.

– Ее не надо искать. Она у меня. Здесь, в квартире.

– Давай поедем на дачу, а потом я привезу Лерку, – попросил Сашка.

– Что за чепуху ты несешь? – разозлилась я. – Мы стоим возле моего подъезда.

– Возможно, ее уже нет в квартире, она запросто могла уйти.

– Так давай проверим, – предложила я и сделала шаг. Сашка пошел рядом.

Я открыла дверь своим ключом и торопливо прошла в комнату, потом в кухню.

– Эй! – позвала я."

"– Я же говорил, она ушла, – вздохнул Сашка. – Пьяной ей вечно не сидится на месте.

Я шагнула к дивану. Леркина сумка все еще валялась между диваном и креслом. Расстегнутая. Возможно, она просто забыла ее… Я бросилась в ванную, толкнула дверь, включила свет…

Лерка лежала по горло в воде странного красного цвета. Голова запрокинута, лицо неестественно белое, одна рука в воде, другая свисала с края ванны, под ней на полу собралась лужица крови, а рядом кухонный нож, рукоятка бурого цвета, вены на Леркином запястье перерезаны несколько раз.

Я испуганно шагнула в сторону и натолкнулась на Сашку. Он стоял в дверях, глаза его округлились и странно сверкали, а лицо было почти таким же белым, как Леркино.

– Я знал, что этим кончится, – прошептал он. – Я чувствовал…

Я покачала головой и усмехнулась, продолжая пятиться от своего брата.

– Ты спятил, Саша, – смогла сказать я.