Он тут же переговаривается с со своими коллегами, очевидно пытаясь понять, что за богульник.
– Одной не положено. Хозяин должен сам позвонить или Ринат.
– Эм, – поднимаю все – таки взгляд, сверкнув улыбкой. – Ну вы можете проводить меня. Мне и правда одной страшно. Но и ослушаться я не могу…
Мальчик, а он именно молод и горяч, сглатывает, быстро переговаривается с остальными на непонятном мне языке. Кто – то из них смеется, одобрительно хлопает его по плечу.
– Ладно, пойдем. Только быстро.
– Конечно, конечно, – запах свободы пьянит, буквально глушит разум и внутренний голос, который орет, что все слишком просто.
Мальчишка охранник, трогает мое плечо, тянет к выходу, а я сама смотрю на дверь в тяжелых железных воротах, как на вход в рай, как минимум. Как вдруг хлопок рядом не заставляет меня вздрогнуть. Я поворачиваю голову на звук и смотрю на мальчишку, рот которого издает страшный крик. Он просто валится с ног, держится за свою окровавленную руку, качается из стороны в сторону.
– Следующий, кто поможет моей жене сбежать получит пулю в голову.
Голос парализует, а дверь к свободе, казавшаяся такой близкой, удаляется стремительно и неизбежно. Всего несколько мгновений, и я была бы там.
– Ты не отключился. Ты обманул меня, – гнев взрывается во мне яростью. Я поворачиваюсь к собственному палачу, набрасываюсь на него коброй и тут же падаю сраженная четким ударом по лицу. Не больно, но унижения больше чем быть ударенной на глазах его людей я не испытывала.
Он омерзителен. Чудовище. Ненавижу!
– Лучше прикрой рот, если не хочешь получить новое наказание.
Вставай.
– Да пошел ты.
Он больше не говорит, сдергивает платок и хватает за волосы. В такие моменты веришь, что хуже уже быть не может, но он просто тянет за волосы, причиняя невыносимую боль, вынуждая меня ползти по Земле.
– Я сама, сама пойду. Сама пойду!
Он отпускает, по коже головы тут же бегут мурашки. Я вскакиваю и ни на кого не смотря, плетусь за Саидом, который даже не поворачивает головы, наверняка уверенный, что я пойду за ним.
Несколько раз ноги сами меня тормозят, из глаз катятся слезы. Кручу в сознании всю ситуацию, будущую жизнь. Не могу не ляпнуть в спину.
– Так ты обращаешься с матерью будущего ребенка.
– Так ты благодаришь за милость, которую я оказал тебе…
Смешок рвется из горла.
– А что ты называешь милостью? Унижение, которому ты меня подверг.
–Ты сама себя подставила. Серьезно думала, что тебе удастся уйти? Ты моя, Дарина, а свое я не отпускаю и трогать никому не даю.
