Проведя руками по миниатюрному платью с блестками, я объявляю группе, что вернусь через минуту, и направляюсь в роскошно обставленную дамскую комнату с дымчатыми зеркалами, золотыми акцентами и темными бархатными обоями. С одной стороны туалета висит зеркало в полный рост, и я принимаю позу, подбирая идеальное положение, демонстрирующее мои достоинства. На самом деле ноги у меня не длинные, но это крошечное платье и туфли на высоченных каблуках создают видимость длины, и, конечно, Даниил так и не смог разглядеть отвесный вырез этого блестящего платья.
Возможно, на ком-то другом это было бы не так откровенно, но на моей фигуре платье выглядит чертовски сексуально. Судя по нашему предыдущему обмену мнениями, Даниил этого не оценит.
Найдя в зеркале подходящую позу, я делаю селфи и отправляю его Даниилу. Слов не нужно. Он хотел знать, что я надела сегодня, вот его ответ. Я улыбаюсь про себя. Пусть попробует проигнорировать! Я, может, и выпила немного, особенно если учесть шампанское, которое мы пили в лимузине, но сейчас меня подпитывает не жидкая храбрость.
Я даю ему понять, что ему не удастся меня заморозить.
Вернувшись к столу, я вижу, что Джорджия подзывает меня взмахом руки.
— Ты как раз вовремя, — объявляет она, жестом указывая на свежую порцию коктейлей на столе. — Это называется «Большой O».
— Я надеюсь, что моя ночь закончится именно так, — говорит Алена. Кира, как единственная незамужняя женщина в нашей группе, обнимает подругу за плечи, выражая свое согласие в не очень деликатной форме.
Я на мгновение замираю. Что значит еще одна жалкая рюмка? Все-таки эта больше похожа на десерт. Она сливочная и немного мятная, и так чертовски гладко льется, что я не могу отказаться, когда Джорджия протягивает мне следующую порцию.
Мы занимаем место на танцполе прямо под стойкой диджея — клянусь, я чувствую, как каждая капля баса бьет по позвоночнику. Я бывала на государственных ужинах и изысканных коктейльных вечеринках с моим дядей, но это нечто совершенно иное.
Этот клуб полон людей, которые раскрепощаются, отказываются от своих запретов, позволяя музыке смыть с себя все заботы понедельника и пятницы.
Когда я оглядываю нашу группу, у всех раскрасневшиеся щеки, руки подняты вверх, глаза закрыты, на лицах улыбки. И я присоединяюсь к ним, наслаждаясь этим моментом в полной мере. Я не думаю ни о том, что будет дальше, ни о своей конечной цели, ни о том, что мне нужно еще выпить и выкачать из них информацию.
