Жестокий роман

Прямо передо мной несколько здоровенных псов. Пять. Шесть. Семь. Трудно сразу определить точное количество.

Проклятье. Их становится все больше и больше. Тут целая стая.

Что за порода? Смахивают на овчарок. Лохматые. Выглядят довольно мило. Однако лай у них жуткий. Правда теперь молчат. Окружают меня.

Дерьмо. Вот же дерьмо.

Егор ничего не написал про собак. Не знал. Не понял. Или же этих зверей недавно завезли. Хотя…

Плевать. Разве существует разница?

Я в ловушке.

Они не дадут мне уйти. Не дадут вернуться в дом.

Опять. Гребаная жертва.

Что надо делать в такой ситуации? Отвлечь их?

Бросаю прибор Егора. Стараюсь запустить подальше. Вкладываю в движение всю свою силу.

Ноль реакции. Их взгляды прикованы ко мне. Избегаю смотреть животным в глаза. Просто чувствую. А после слышу рычание.

Мама. Мамочка…

Так.

Стоп. Главное — не бояться. Не показывать страх. Избегать прямого зрительного контакта, ведь звери могут воспринять это как вызов.

Отличные советы. Как бы воплотить их в реальность?

Псы приближаются. Медленно. Неумолимо.

Воображение услужливо подбрасывает кровавые картины. Вспоминаются статьи про то, как собаки загрызали собственных хозяев. Потом всплывает история о тигре, который напал на детей своего дрессировщика и…

Хватит. Обрываю поток сознания.

Это делу не поможет.

А что тогда? Что?!

Закрываю глаза. Опускаюсь на колени. Осторожно. Плавно. Стекаю на траву. Протягиваю руки вперед. Держу ладони внутренней стороной вверх.

И начинаю молиться. Просто читаю «Отче наш».

Возможно, не самый логичный подход для человека науки. Однако в молитвах заключена мудрость многих поколений. Нечто вроде мантры. То, что помогает обрести уверенность, расслабиться, унять ужас. Хотя бы на время.

Я не настолько хорошо бегаю. На дерево взобраться не успею. Это стоило провернуть раньше. Впрочем, если псы отойдут, то еще есть шанс…

Что-то утыкается в мою ладонь. Влажное. Шершавое. Скользит по коже. Довольно нежно, отнюдь не угрожающе.

Я открываю глаза. Взор затуманен. Шмыгаю носом. Шумно втягиваю воздух. С трудом осознаю реальность.

Один пес вылизывает мою ладонь. Остальные держаться поодаль.

Это вожак? Если он хорошо расположен, сумею бежать. Задержусь, но вполне успею. В любом случае, вряд ли зверь желает меня сожрать. Может, позже.

Нужно быть осторожной. Очень осторожной. Сейчас нельзя…

— Теперь вижу, чем ты кобелей берешь, — хриплый голос впивается в плоть точно лезвие ножа.