Жестокий роман

 — Раздвинула ноги. Быстро.

Подрагивает. Мелко. Жалобно.

— Хочешь, чтобы я сам раздвинул?"

"Ее колени разъезжаются в разные стороны. Четко. Послушно. Другой расклад. Такой податливой она мне куда больше по вкусу.

Ухмыляюсь.

— Шире.

Подчиняется.

Я подхожу и склоняюсь над ней, шлепаю ладонью по внутренней стороне бедра. Обвожу и сминаю. Жестко.

Она аж подпрыгивает. Выглядит забавно. Смешная такая.

— Марат, там… Там правда больно. Прошу, давай я как-то иначе… Как-то…

— Рот закрой.

Накрываю ладонью низ живота. Девка еле дышит.

Опускаюсь ниже. Вообще застывает, видно, и шевельнуться ей страшно. Раздвигаю складки.

Понятно. Не лжет. Здесь действительно все распухло и покраснело. Так отодрал ее, что чуть пизду в кровь не стер. Перебрал явно.

Может, ей к врачу надо? Или смазать чем. Я в этом не разбираюсь. Ладно, потерпит. Не сдохнет. Замира по приезде осмотрит. Не нужны нам лишние свидетели.

Какая изнеженная у меня шлюха. Никогда такой проблемы не было, а тут…

Ха. Я об этом не задумывался. Значения не придавал.

Я вообще редкую девку больше раза трахал. Ну как. Трахнуть-то я мог сколько угодно раз. Просто за одну ночь. Или за день. Имел сочные тела без разбора. На какую бабу член стойку делал, ту и выбирал, нагибал, раскладывал, выдирал без тормозов.

— Марат, — шепчет она. — Давай я что-нибудь другое сделаю. Давай я…

Надавливаю на бугорок посередине. Мелкий. Гладкий. Упругий. Пульсирующий. Сам не понимаю, зачем это делаю. Просто так. Хочется.

Она дергается, будто электричество по ней пропускаю.

Как эта штука называется? Клитор. Никогда настолько внимательно баб не рассматривал. Дырку нашел и погнал. Чего там разглядывать?

Я давлю сильнее. Ритмичнее.

Бьется под моими пальцами. Бешено. Круче, чем под хером. Мощнее. Отзывается на каждое прикосновение.

Увеличиваю напор.

Стонет. Дергается опять. Ускользнуть пытается.

— Лежать, — рявкаю.

Ощущаю ее запах. Пьянящий. Дурманящий. Шальной. Аромат возбуждения. Острый. Колючий. Входит под ребра как лезвие ножа.

Какая она нежная здесь.

Даже нежнее, чем в остальных местах. И горячая. Шелковая. Бархатистая. И текучая. Вся плывет, подается напору.

Блядь. Течет она. А башню сносит у меня.

Продолжаю трогать ее. По-разному. Пробую, будто правильный подход ищу.

Она трясется. Как зверь в капкане. Лихорадочно.

— Марат, — содрогается, в руку цепляется, запястья корябает. — Марат, я…

У нее глаза закатываются. И бедра мою ладонь сдавливают, сжимаются вокруг. Как в конвульсиях.

Продолжаю. Действую. Легонько.