Считал ее лишь раздражающим фактором, который постоянно ходит где-то поблизости. Его личный, главный враг, унижающий Брендона одним своим существованием.
Слишком ко многому он привык. К внутреннему безумию, агрессии, к тому, что ему элементарно не было знакомо даже понятие спокойствия и к тому, что рядом постоянно бродила сестра, с которой альфе хотелось сделать что-то ненормальное.
Его бесило то, что Элис столько времени проводила с другими братьями и то, что она им постоянно улыбалась. Порой это раздражение было настолько сильным, что Брендон мог ударить Хораса или Лойда просто так.
Лишь потому, что в тот или иной день они вовсе не отходили от Элис. Никто не понимал, от чего возникали такие его приступы агрессии, но уже тогда братья не могла возразить альфе. Лишь предполагали, что они могли сделать не так.
Все, что было доступно Брендону с Элис – это ее слезы, до которых он неминуемо доводил сестру, всякий раз, когда она рисковала подойти к нему слишком близко. Альфа не сожалел о них. В какой-то степени ему даже хотелось, чтобы она плакала сильнее и громче, ведь в такие моменты все ее эмоции принадлежали именно ему, а не Хорасу, Лойду, Дастину или Раселу.
Порой, наблюдая за тем, как Элис опять в саду играла с Лойдом, Брендон хотел ударить его и отшвырнуть. Так, чтобы брат исчез, а потом, оставшись с Элис наедине, довести ее до слез. Так, чтобы ее раздирало от тех единственных эмоций, которые их связывали с Брендоном.
Но все же он запрещал себе делать это намеренно. Пока она не подходит к нему, альфа ее тоже не трогает.
Хоть и иногда хотелось настолько сильно, что все внутри сводило. В таком состоянии Брендон был особенно агрессивен. И это сказывалось. В основном для его сознания.
Если в те дни ему что-то и помогало, так это бокс, куда он ходил с раннего детства. На ринге мальчишка вымещал хотя бы часть животного безумия. Но стоило ему вернуться домой, как все начиналось по новой.
***
На тот момент Брендону было четырнадцать.
Диланы только вернулись с семейной поездки, но оказалось, что Элис и Хорас успели подцепить какой-то вирус.
Ничего серьезного, но все равно их поместили в больницу для обследования.
Примерно в это время Айрис и Генри стали ругаться. Не долго. Лишь пару дней, а потом с ними начало вовсе происходить нечто непонятное. Генри был бледен и напряжен. Айрис постоянно плакала, хоть и пыталась это скрыть. Большинство считало, что у них пошел разлад в отношениях, но, как оказалось, причина была в другом.
