Жестокое и странное

– А вы не могли бы попробовать вызвать его по радио? – спросила я.

Пожав плечами, он отстегнул радио от ремня и попросил через диспетчера Марино. Марино не отвечал.

Я спустилась по лестнице и выбежала на улицу. Сев в машину, я захлопнула дверцы и завела мотор. Потом схватила телефонную трубку и позвонила в полицейское управление, которое находилось напротив суда через улицу. Пока взявший трубку детектив говорил мне, что Марино нет, я проехала по стоянке в поисках его белого «форда-лтд». Так и не обнаружив его, я свернула на свободное резервное место и позвонила Нилзу Вэндеру.

– Вы помните то ограбление во Фрэнклине – где обнаруженные отпечатки совпали с отпечатками Уоддела? – спросила я.

– Когда украли гагачью куртку?

– Да, именно это.

– Помню.

– А нет ли у вас случайно карточек с отпечатками пострадавшего?

– Нет, лишь отпечатки, обнаруженные на месте преступления.

– Спасибо, Нилз.

После этого я позвонила диспетчеру.

– Скажите, лейтенант Марино не объявлялся? – спросила я.

– Объявлялся, – услышала я через пару секунд ее голос.

– Пожалуйста, если вы сможете связаться с ним и выяснить, где он, передайте ему, что с ним срочно хочет поговорить доктор Скарпетта.

Примерно минуту спустя в трубке вновь раздался голос диспетчера:

– Он на центральной заправке.

– Передайте ему, что я в двух минутах оттуда и уже еду к нему.

Городская заправка, которой пользовалось полицейское управление, находилась на пятачке асфальта, окруженном проволочной оградой.

Она работала только по методу самообслуживания. Там не было ни своего персонала, ни зала для отдыха, ни автоматов для продажи чего бы то ни было. Лобовое стекло можно было почистить лишь в том случае, если у вас имелось с собой все необходимое для этого. Когда я подъехала, Марино засовывал в боковой карман свою заправочную карточку. Он вылез из машины и подошел ко мне.

– Только что по радио слышал, – сказал он, не в силах сдержать улыбки. – Где Грумэн? Я хочу пожать ему руку.

– Он остался в суде с Уэсли. Что случилось? – Неожиданно я почувствовала легкое головокружение.

– Вы не знаете? – удивленно спросил он. – Черт возьми, док. Они отцепились от вас, вот что случилось. Нечто подобное со специальным большим жюри происходило лишь пару раз на моей памяти.

Глубоко вздохнув, я покачала головой.

– Наверное, кто-нибудь другой на моем месте уже плясал бы джигу. Но у меня что-то нет большого энтузиазма.

– Да, вероятно, вы правы.