Дело в том, что однажды я здорово запутался, когда исправил неверно проставленную дату. Похоже, она была проставлена неправильно нарочно — какие-то там грязные махинации Баллантайна, как я полагаю, — а когда я ее поменял, это спутало все карты. Все это дурно попахивало. После этого я не помню, чтобы мне давали хоть одну неправильно датированную бумагу.
— Еще только один вопрос, — произнес инспектор. — Все эти документы, которые клали вам на подпись, печатались в конторе, как я полагаю?
— Господи, да! У нас была уйма девушек.
Среди них попадались и очень недурные собой.
— Тогда вы, вероятно, сможете отыскать машинку, на которой было напечатано именно это письмо, — вставил лорд Бернард.
Маллет нахмурился. Эта мысль, конечно, приходила ему в голову, но он был не в восторге от того, что кто-то учит его премудростям его собственного ремесла.
— Расследование будет проведено надлежащим образом, — строго проговорил он и, аккуратно сложив письмо в банк, убрал его. После этого встал. — Это все, о чем я хотел вас спросить, лорд Генри.
Спасибо за помощь.
— Но мы не можем вот так вас отпустить! — воскликнул лорд Бернард. — Вы еще даже ничего не выпили!
— Спасибо, я никогда не пью до еды, — строго ответил инспектор.
— И абсолютно правы — это глупая привычка, — с готовностью согласился лорд Бернард. — Но ведь вы едите, как я полагаю? Так почему бы вам не остаться здесь и не перекусить с нами?
Как бы в подкрепление его призыва из кухни, рядом с которой они сидели, доносился восхитительный аромат готовившихся яств.
Решимость инспектора ослабла, но он все-таки немного поборолся с искушением.
— Боюсь, мне нужно снова быть в Лондоне сегодня вечером, — сказал он.
— И мне тоже, — подхватил лорд Бернард. — Если вы останетесь и пообедаете с нами, я подброшу вас обратно. Моя машина стоит на улице.
— Так это ваша машина была на станции? — удивился Маллет.
— Значит, вы ее заметили? — оживился лорд Бернард. — Да, моя. Я оставил ее здесь на прошлой неделе. Какой-то жалкий неумеха помял мне крыло, пришлось отдать в ремонт, а теперь я приехал, чтобы повидаться с братом и перегнать машину обратно.
Это, знаете ли, «висконти-сфорца», с наддувом. Вам она понравится.
У Маллета мужской аппетит сочетался с детской страстью к скоростям. Устоять против двойного соблазна оказалось невозможно.
— Я бы с большим удовольствием, — сказал он. — Но как насчет моей одежды?
— С этим все в порядке, — откликнулся лорд Генри, неожиданно снова возвращаясь к жизни.
