Но больше всего Сашу увлекли две благодарности, которые он, не веря глазам, перечитал несколько раз:
«Заместителю председателя Федерации бокса А. В. Ямову от Комитета по делам молодёжи» и «Председателю Комитета по делам молодёжи А. В. Ямову от Федерации бокса».
– Чего-чего?! – возмутился Саша. – Интересно, сколько раундов выдержит этот боксёр!
Ямов не пришёл и в двенадцать. Дамы засобирались на обед. Пушная и Комарова ушли, а Клавдия осталась обжираться в офисе, используя закрытый ноутбук как импровизированную тарелку.
Она напоминала комбайн. Съедобное загребала в рот, а несъедобное спихивала вперёд от себя, пока оно не падало с края столешницы. На полу вплотную к её столу стояла большая коробка из-под принтера. В неё попадали сброшенные в пропасть объедки, упаковка и вообще всё, что Клавдии больше не требовалось, плюс некоторые случайные вещи. Этим ноу-хау она пользовалась уже четвёртый день – с тех пор как распаковали принтер. Саша надеялся, что, когда коробка наполнится, Жаренкова успокоится. Сам он, не в силах выносить зрелища её трапезы, собрался поехать на стройку и найти Ямова там.
Но поездку пришлось отложить: отворилась дверь и вошла вчерашняя Татьяна.
– Удивительно, как вам удаётся меня застать! – воскликнул Саша. – Я ведь тут специально не сижу.
– А я вас просто пробиваю. На всякий случай. Работает контора или нет. Может, у вас тут фирма-однодневка.
– Ска-ажете тоже! – набитым ртом возмутилась Жаренкова. – Шево это у нас одноднефка?
– У нас всё серьёзно, – примиряюще заверил Попов, – и даже есть для вас хорошие новости.
Садитесь, расскажу, чай будете?
– Буду, – ответила Татьяна назло суровому взгляду Клавдии. Саша включил было чайник, как вдруг зазвонил его телефон. С чаем пришлось повременить.
– Алло!
– Саша, привет, это Тимофей, брат Автонома Ямова. – Саше почему-то сразу не понравился этот незнакомый голос. Очень нехорошо, тяжело он звучал и, чёрт побери, в тишине кабинета слышался очень громко и отчётливо. – У нас тут на стройке ЧП…
И Саша сразу же понял, что там не куб доски пропал, а случилось что-то действительно страшное.
Брат Ямова продолжал:
– У нас тут человека придавило.
Поздно было выходить с этим разговором за дверь. Все вокруг всё услышали, нечего скрывать.
– Как придавило?
– Он старую печную трубу ломал, она на него упала.
– Так он вообще какого хрена её ломал?! Где Ямов?
– Автонома нельзя пока светить, у него условка. Тут спасатели сейчас, скорая, следователи. Подъезжай, нужны будут твои показания.
