Живу тобой

Но именно к Молотову меня и везли его ребята.

А на шее Всеволода я увидела тонкую царапину и пару капель крови на белоснежном воротничке рубашки. Взгляд замер на этих кровавых следах. Очевидно, моего телохранителя ранили, когда тот пытался спасти меня.

И ведь спас, ценою собственной безопасности.

Пришло осознание, что между смертью и мной стоял Сева и его комнадна. Окажись снайпер чуточку более везучим, и меня бы не стало. Хотелось рыдать, но я прикусила щеку изнутри, чтобы не пуститься в истерику.

А Молотов — сволочь, если уж собственного человека пустил в расход, пытаясь убрать меня как неугодного свидетеля!

Этот факт взбесил еще больше.

18

В офис господина Молотова мы въехали через подземный паркинг. Не просто въехали, а ворвались на полной скорости.

Машины почти вплотную остановились рядом с лифтами. Секунда, и охрана уже доставила меня в ярко освещенную кабинку с металлическими стенами.

Всеволод постоянно держал меня за локоть.

Двери лифта разъехались в стороны, а передо мной выросла очередная широкоплечая мужская фигура в пиджаке и галстуке.

Никита, кажется. Этот человек был личным телохранителем Молотова и его правой рукой.

Я внутренне сжалась. Готовясь к любому исходу. Хотелось уточнить дерзко, а не станут ли убивать меня прямо здесь, в приемной Самуила Георгиевича!

Но нет. Никита осмотрел меня с головы до ног, словно сканировал на наличие повреждений.

Сам перехватил меня из рук Всеволода и повел дальше.

Без разрешения распахнул дверь офиса Молотова и бесцеремонно подтолкнул меня в логово зверя.

А там за огромным столом разместились человек двенадцать. Шла бурная дискуссия. Серьезные мужчины и женщины вели переговоры. А здесь я нарисовалась, перепуганная и в комнатных тапках.

— Все вон! — рявкнул Молотов так, что и мне тут же захотелось неукоснительно исполнить приказ и выйти вон.

Но за спиной стоял Никита, в чью широкую грудь я врезалась.

И взгляд Молотова прикипел ко мне. И никакое расстояние не спасало.

А ведь между нами метров десять. Не меньше. Но мужской взгляд обжигал.

И я решила, что хуже просто не будет. Да и телефон мой, кажется, остался в машине. Отцу позвонить не удастся. Одна надежда на то, что среди бела дня, да при свидетелях я в относительной безопасности.

Когда Никита выпроводил всех собравшихся и захлопнул дверь за собой, Сэм все еще молчал.