Живу тобой

Первые касания заставили меня изогнуться в сладкой судороге и застонать.

Мои всхлип тут же утонул в жадном поцелуе твердых губ. Язык и пальцы Сэма двигались синхронно, заставляя мое тело звенеть и разлетаться на осколки.

Сэм что-то шептал, покрывая мое лицо, шею, плечи короткими жадными поцелуями. И не переставал доводить меня до исступления своими касаниями.

Мир завертелся ярким фейерверком перед глазами. Я судорожно вцепилась ладонями в широкие плечи под рубашкой, которую так и не успела стянуть с Молотова.

— Млять, Тиша, только не двигайся! — прорычал Самуил, когда я попыталась немного изменить положение тела, потому что, то ли ручка, то ли карандаш неприятно врезались в мою спину.

Но руки Сэма все еще были на мне, более того, его пальцы так и замерли там, где хозяйничали все это время.

— Знала бы, девочка…. - хрипло выдохнул Сэм, но осекся, словно вновь взял себя под железный контроль.

Я смотрела на волевое, напряженное, будто высеченное из камня лицо. Его черты были немного грубоватыми.

Но это шло Сэму. Не может Молотов быть мягким и пушистым. А вот таким — напряженным до предела, жадным, жестким, готовым идти до конца — может.

— Но ты ведь позволишь узнать? — тихо шепнула я, не удержалась, прикрыла веки, пытаясь хоть так спрятать свои эмоции.

Но Сэм перехватил мой затылок, навис надо мной, прижался своим лбом к моему.

Глаза в глаза. И общее дыхание на двоих.

И хриплый, обещающий шепот острым лезвием по нервами:

— Только тебе и позволю.

21

Казалось, будто во всем здании офиса Молотова не осталось ни единого человека.

Секретарь Сэма — добродушная девушка по имени Вера, принесла мне чай, а немного позже из ресторана доставили обед.

Удивительно, но Верочка согласилась составить мне компанию. Но по словам девушки, всех сотрудников отправили по домам в экстренном порядке. И во всем здании находились только мы с Верой и куча охранников, которые разместились по этажам, у входов, на крыше и непосредственно под дверью кабинета Сэма.

После того, как Молотов ушел, оставив меня в компании секретаря, я никак не могла согреться. Чай помог. А девушка-болтушка странным образом отгоняла мои страхи, наводила на разные мысли и не позволяла расклеиться.

К тому же я планировала разговорить девушку. Подчиненная Самуила мне понравилась. И, если я верно угадала, то ее что-то связывает с Никитой.

Так мне показалось, когда я случайно увидела, как эти двое перекидываются короткими фразами.