Живые

Может, еду ему принести? – предположила Эмма. – Ты есть будешь, Крендель?

Тот затряс головой и согласился:

– Буду… есть буду… есть очень хочется…

Кренделя закрыли на механическую простенькую щеколду. Для кладовок не предусматривалось сложных электронных замков.

– Притащим ему еду, а после лекарства, – распорядился Валёк. – Федь, присмотришь, чтобы его не выпускали?

– Придется. – Федор стоял чуть в отдалении, и в его глазах явно читалось неодобрение. Что ему не нравится? Парень этот, Крендель, еле держится на ногах, вот-вот свалится.

Бояться его абсолютно нет причин. А вот вирус может оказаться опасным. Потому лекарства нужны прямо сейчас.

– Коль, надо делать проход. – Эмма повернулась к Коле.

Тот выглядел потрясенным: видимо, внешний вид Кренделя очень его впечатлил.

Проведя рукой по коротко стриженной голове, Колька проговорил:

– Что это за ерунда у них? Как называется эта болезнь?

– Надо поискать в сети, но сначала нужен проход. – Эмма подошла к Коле и дотронулась до его плеча.

 – Ты слышишь?

Коля вздрогнул, посмотрел на Валька и проговорил:

– Зря мы его впустили. Вот посмотрите, ребята. Его жаль, конечно, но у нас тут мальки, девчонки. Если эта зараза расползется, нам всем будет каюк.

Последнее слово прозвучало как приговор. Эмма вдруг вспомнила кости в пыльном коридоре. Может, тот человек умер как раз от этой болезни? Да глупости это, быть того не может. До сих пор никто не болел на станции, значит, вируса не было. Он не мог сохраниться столько времени.

Или мог?

– Не дрожи, Колючий, – бросил ему Валёк, – уже впустили. Эмма твоя этого захотела. Так что вам надо, вы и делайте проход. Если надоест, можете его прогнать.

– Очень логично, – вмешался Федор, – сначала ты его впускаешь, а после говоришь, что не твое дело.

Валёк повернулся и направился к базе. Видимо, посчитал, что говорить больше не о чем.

С лекарствами помог лон, как всегда. Иммуномодуляторы были в наличии в каждой каюте, их периодически давали детям. Благодаря этим препаратам восстанавливался и активировался иммунитет, и дети не болели.

Эмма вообще не помнила, чтобы ее одолевала какая-нибудь хворь. Иногда болела голова от усиленных занятий, как-то раз в коридорах ей продуло ухо, оно заболело к вечеру. Но все это решалось быстро и легко. В ухо лон закапал обезболивающее, дал Эмме иммуномодулятор, и к утру все прошло.

Были еще антивирусные препараты. Ими не пользовались, но про них рассказывали на уроках.