Живые

Прямо за спиной Федора белел прямоугольник двери с закрытой пластиком панелью сбоку. На полу, под дверью, кто-то краской нарисовал знак «Млечного Пути». Два хорошо знакомых треугольника. Они всегда обозначали что-то хорошее. Добрый знак, убежище, спокойное место.

Белые линии рисунка оказались у Таис перед глазами. Время для нее загустело, растянулось. И казалось, что обутые в кроссовки Федькины ноги двигаются слишком медленно. Вот он наступил на линии, вот облокотился на стену чуть ниже сенсорной панели. Знак сиял, напоминал, указывал.

– Федь, посмотри, что у тебя под ногами, – тихо проговорила Таис.

– Уходим, Тай, после. Я сейчас перевяжу рану тебе и помогу подняться…

– Под ногами. Посмотри, Федя. – Язык еле поворачивался. Боль застилала темным зрение и выворачивала плечо.

Федор наконец посмотрел вниз.

– Зачем он тут? Зачем, Федь? Для того чтобы увидели… мы должны его увидеть…

– Я не понимаю, Тай. Тут много старых знаков.

– Дверь за знаком. Попробуй открыть.

Федор оглянулся.

– Ладно, попробуем. Хуже не будет, – сказал и приложил ладонь к сенсорному экрану.

Это оказался датчик ДНК. Он загорелся голубым светом и через пару секунд произнес, показав данные:

«Федор Шереметьев. Вход свободный».

Эмма. Я не хочу умирать…

О том, как выращивают детей, Эмма читала очень много. Но одно дело читать и совсем другое – видеть своими глазами. Тайна жизни открылась перед детьми подземелья, когда удалось проникнуть во внутреннее отделение Третьего уровня.

Третий уровень, пустой и тихий, обрушил последние мосты надежды. С каждой открытой кладовкой, с каждым пройденным коридором Эмма все больше убеждалась – дети подземелья оказались правы. Все так и есть, как они сказали. Ни одного человека на весь уровень. Ни одного!

Под конец, когда рюкзак за спиной отяжелел от вещей и еды, она мечтала встретить хотя бы робота. Эмма готова была броситься к нему с вопросами. Не станет же он стрелять в девочку, как только увидит ее.

Но Федя велел прятаться от роботов, и Эмма его слушала. Потому побежала за всеми и даже обрадовалась, когда удалось открыть те двери, которые не открывались раньше. Вдруг там есть люди?

Но и во внутреннем круге их ожидали пустые коридоры и тишина. На полу бежевые дорожки, по краям которых змеились замысловатые узоры.