Живые

Правый, находившийся чуть ближе к шлюзам станции, медленно поворачивался, и его шлюзовые отсеки трансформировались на глазах: выдвигался длинный коридор-переходник, вырастали тонкие лапы, готовые вцепиться в объект стыковки и держать его с наглостью хищника.

Как здоровенный жук-присоска, крейсер наползал, наваливался на то, что когда-то было домом Таис. Силовое поле оставалось только где-то над самым верхом станции – еле заметное свечение, которое, казалось, вот-вот потухнет.

– Таис, не тормози! – резко приказал Федор и толкнул ее локтем.

 – Времени мало. Надо помочь нашим, слышишь? Быстро за работу. Если разберемся, что тут к чему, то покажем крейсерам, что значит вирусная атака.

Таис кивнула, чувствуя, как бешено колотится сердце и потеют от злости ладони. Быстро вытерла руки о штаны, присела рядом с Федькой. Что надо делать?

Разобравшийся во всем Федор давал короткие, четкие указания. Следовать им было несложно, Таис погрузилась в работу.

– Может, музыку? – спросила она у Федьки, когда часть связей крейсера была уже перенастроена.

– Давай. Что у тебя на планшете?

Ударили струны, зазвенела уже наизусть запомнившаяся песня Цоя о переменах.

Таис всегда казалось, что это поется о них. Будто бы старый город – это забытая на орбите Земли старая станция, на которой живут никому не нужные дети. И детям приходится самим сражаться за выживание. Все против них, даже собственные родители. Роботы, фрики, Гильдия – слишком много врагов, слишком яростные битвы. И надо выстоять, во что бы то ни стало надо выстоять.

Выжить самим и помочь выжить другим. Помочь тем, кто младше и не может бороться за себя.

Все дети станции связаны единой нитью, единой судьбой. Единой любовью, если можно так сказать. Они все разные: резкие и злые, слабые и наивные, смелые и находчивые. Но все они сильны одним – тесной связкой. Когда можно быть уверенной, что твой товарищ непременно придет тебе на помощь, даже если совсем недавно ругался с тобой и называл дурой.

Таис знала наверняка, что в нужный момент рядом окажется плечо друга, ее никогда не бросят и не предадут.

Вот потому и они с Федькой сейчас делали все возможное, чтобы помочь своим, и еще неизвестно, кто кого. Подожди, идиотская Гильдия, или кто там стоит за крейсерами. Сенат? Без разницы. Вы еще увидите, что зря связались с детьми станции Моаг. Очень даже зря.

Наконец Федор закрыл на внутренней стороне стола-монитора три небольшие крышечки-пластинки, за которыми находилась начинка Иминуи.