Живые

Даже ладони стали горячими и липкими. Глупость какая-то, зачем так волноваться? Ей-то уж точно незачем, у нее все складывается как нельзя лучше.

Вот уже совсем рядом круглые серьезные глаза Мартина. У всех роботов серьезные глаза. Ни тени улыбки, ни тени радости. Роботы не умеют радоваться, но зато это умеет Эмма. Вот сейчас самое время для счастья, потому что сбылось все, о чем так долго мечтала.

Но почему-то сердце бьется в сумасшедшем ритме и непонятная тревога колет и колет где-то в позвоночнике холодной иглой.

Все теперь поменяется, и завтра она уже проснется в другом месте, в другой спальне. И другие роботы будут готовить завтрак и накрывать на стол.

Коробка с формой оказалась на удивление легкой. Эмма сняла крышку и увидела золото с синими звездами на узеньких погончиках и на треугольных шевронах. Капитан отделения операторов! Высшая должность, на которую только могут назначить новичка! О большем нечего и мечтать.

Эмма хотела улыбнуться, но почему-то губы не слушались. Сглотнув комок, Эмма повернулась к детям, выстроившимся полукругом на галерее, и показала голограмму нашивки, загоревшуюся от маленького чипа, встроенного в коробку.

Все должны видеть, чего достигла выпускница Эмма Раум.

Еще один робот-дон подвез закрытый чемодан с вещами Эммы, и стало ясно, что это все. Последние минуты на Втором уровне. Последний раз она видит улыбки детей, последний раз слышит голос Мартина, желающий удачи на службе. Там, за поворотом, серая дорожка выводит к лифту, и буквально через минуту совершенно новая жизнь откроется перед Эммой.

Знакомый голос за спиной прокричал ее имя, и, обернувшись, Эмма прижала к себе запыхавшуюся Соню.

– Я тебя не забуду, Эмма, не забуду, – тихо сказала сестренка и торопливо вытерла непрошеную слезу.

Лифт двигался бесшумно. Бесшумно открылись двери, дон молча передал чемодан роботу и легонько подтолкнул Эмму к выходу:

– Третий уровень. Пора.

Андроид Третьего уровня выглядел немного по-другому. Это дон-15, созданный для защиты. Эмма это знала, учила в свое время.

Шагал робот быстро и не говорил абсолютно ничего. Длинный белый коридор загибался легким полукругом, и в нем было так тихо, что собственные шаги казались Эмме слишком громкими. Ни одного взрослого человека, а ведь хотелось, чтобы ее встретили прямо у лифта. Это ведь логично.

Внизу ее торжественно проводили, а наверху должны были торжественно встретить. Или на Третьем уровне новый человек не повод для торжества? И Катя с Ильей не пришли.