Он подтолкнул Тимошку вперёд, и тот оказался перед невысоким полным господином с каштановыми усами.
– Я давний друг вашего батюшки, молодой человек, – представился он Тимке, – а звать меня Юрий Львович.
Тимошка подумал, что, наверное, надо бы шаркнуть ногой, как положено делать у господ при знакомстве, но застеснялся и неуклюже пожал протянутую хозяином руку.
– Серьёзный юноша, – засмеялась Нина Павловна и пригласила всех к столу.
Тимка решил, что сядет в самый уголок, чтоб не опозориться. Хотя тётя Сима не раз показывала ему, как правильно пользоваться ножом и вилкой, Тимка всё равно боялся опростоволоситься.
Не так-то просто привыкнуть к новой жизни человеку, попавшему из крестьянской избы в барские хоромы.
Он присмотрел себе местечко и с удивлением заметил, что за столом уже сидит невысокая девочка того же возраста, что и он. Только он, Тимошка Петров, был обыкновенным курносым мальчиком, а девочка выглядела настоящей красавицей. Она искоса посмотрела на вошедших и сложила в улыбку очаровательные розовые губки:
– Добрый день, дядя Петя.
– А, Зиночка, – улыбнулся Пётр Сергеевич, – позволь познакомить тебя с моим сыном Тимофеем. Возьми его под своё покровительство.
Тимошка покраснел, как спелый помидор, а девочка презрительно осмотрела его с головы до ног и презрительно фыркнула:
– Тимофей, когда вы в последний раз были у портного? Ваш костюм в ужасном состоянии."
"– Никогда не был, – растерялся мальчик.
– Никогда? – девочка выразительно подняла круглые бровки и отодвинулась, всем своим видом давая понять, что с Тимошкой ей не о чем разговаривать.
Ужин показался Тимошке необычайно вкусным. Он изо всех сил пытался есть медленно и аккуратно, но это получалось с большим трудом. Почему-то суп хлебался только полной ложкой, а жареная картошка была так хороша, что сама просилась в рот.
– Обжора, – сквозь зубы шепнула ему Зиночка и выпалила скороговоркой: «Робин Бобин Барабек скушал сорок человек».
Тимошка не знал, кто такой Робин Бобин и почему он слопал столько народу, но ему абсолютно не понравилась эта Зинка.
«Разве так можно вести себя с гостями?» – подумал он.
Тимошка вспомнил, как ещё при жизни родителей к ним в дом забрели нищие из Малороссии – худая, истощённая баба и бойкая, вредная девчонка. Ух, как та деваха ела! Ровно свинья у корыта: чавкала, крошила хлеб по столу. Не стесняясь никого, сунула нос в чугунок с картошкой и вырвала из рук Тимошки сладкую пареную репку. Он ей ни слова поперёк не сказал.
