Но грустная правда жизни состояла в том, что Даша была крайне ограничена в средствах — ее с мамой небольших сбережений хватило как раз на то, чтобы рассчитаться за тур. А еще нужно было покупать фрукты, и кроме того, обязательно приобрести маме подарок и себе какой-нибудь памятный пустячок. Такой оригинальный, который можно будет носить, а на восхищенные вопросы типа «Ах, откуда такая прелесть?» пожимать плечами: да в Турции купила, по случаю. Зашла в антикварную лавку и купила. Честно говоря, большая редкость у них там, в Турции, а уж про нас и говорить нечего.
«Все, завтра поеду в город, — решила Даша, — и куплю что-нибудь. А то сколько можно в отеле сидеть?»
На следующее утро она встала пораньше, быстренько позавтракала и, надеясь успеть до жары, пошла на остановку. Большие полосатые автобусы, напоминавшие ей «Икарусы», к счастью, безвозвратно ушедшие в прошлое, сновали туда-сюда — до Кемера и обратно. Ей казалось, что ехать придется долго, но через двадцать минут она уже выходила на маленькой площади, на которой стояли еще с десяток таких автобусов, возле которых курили и оживленно переговаривались пожилые водители-турки.
С интересом рассматривая город, Даша пошла вниз по пешеходной улице. К ее разочарованию, никакой особой экзотики не наблюдалось. Толпы туристов неспешно прохаживались мимо десятков маленьких магазинчиков и небольших кафе, возле которых на больших досках, напомнивших Даше школу, было вывешено меню на трех языках. Дашу искренне заинтересовали некоторые блюда, названия которых богатая турецкая фантазия в сочетании с незнанием русского языка превратила в нечто сказочное.
— «Пелмень воздушный», — читала Даша. — «Оладышеки». «Суп-борч с мясам». «Свинячий хвост»."
"Она остановилась и вгляделась в вывеску. «Свинячий хвост» — было написано на ней, и снизу прибавлено: «Свин свежий». Даша расхохоталась и подумала, что мама ей не поверит. Надо бы сфотографировать, жаль, фотоаппарата нет. Интересно, что они имели в виду?
Она шагнула было на проезжую часть, пересекавшую пешеходную улицу, и в этот момент шестое чувство подсказало ей, что нужно вернуться.
Не задумываясь, Даша шагнула назад и, толкнув какую-то женщину, закутанную в платок, замерла на тротуаре. Мама говорила ей, что предчувствиям следует верить, а здесь было никакое не предчувствие, а самый настоящий сигнал опасности. «В чем дело? — спросила Даша саму себя, оглядывая дорогу. — Должно быть, сейчас из-за угла выскочит машина, которая могла бы меня сбить».
