Жизнь с перчинкой, или Идите смело против правил

Ребёнок не нужен — убить его! Папа, а кто тебе сказал, что он не нужен?

— Доченька, ты должна понять, я просто предлагаю тебе взвешенное и трезвое решение этого вопроса. Аборт бывает иногда необходим. Всё зависит от конкретной ситуации и стечения определённых обстоятельств. Всё-таки смерть живого организма есть смерть живого организма — тут ничего не скажешь, но я точно знаю, что иногда смерть бывает гораздо гуманнее жизни. И это именно твой вариант.

— Я уже не в том возрасте, чтобы за меня принимали решение, — бросила я на отца укоризненный взгляд.

 — Аборт — безусловное зло. Последствия аборта колоссальны для женщины — и моральные, и физиологические. Я не жалею, когда шлепаю муху, но в том-то и дело, что ребёнок — не муха и не таракан, а мыслящее, чувствующее существо. Ребёнок видит свет, слышит звуки. Он чувствует настроение матери в утробе. У ребёнка своя кровеносная система, мозг его работает и развивается активно. Почему он — не человек? Не понимаю, как по чужому желанию можно убить собственного ребёнка?

— За ребёнка поначалу должны думать близкие люди, ибо сам ребёнок ничего решать не в состоянии.

Именно они решают, жить ему или умереть. Иными словами, право выбора должно быть за взрослыми, ибо они-то как раз могут его сделать, а ребёнок нет. Они и делают выбор исходя из каких-то рациональных соображений. Умозрительные рассуждения, что есть аборт с морально-религиозной точки зрения, я считаю, следует вообще опустить, так как мораль — моралью, а жизнь — жизнью.

— Нет, папочка, ты не прав.

Это тягчайший грех — убийство любви и маленького человечка. Аборт — это форменное злодейство, душегубство малыша, который ещё не может за себя постоять. Я знаю, что после аборта заболею, стану несчастной, так как буду знать, что совершила детоубийство.

— Лично я не могу зародыш недоразвитый считать человеком, — бросил отец, чем заставил меня содрогнуться. — При аборте вынимают ещё не сформировавшегося человека, у него даже разума нет. Мы ведь все едим мясо убитых животных, и ничего, убиваем же! А этот эмбрион вообще непонятно что, так — кусок мяса.

Мы стрижём ногти, отрезаем волосы — их тоже жалко? Ребёнок может оборвать твою жизнь, а тебя недавно вытащили с того света, и я не могу тобой рисковать.

— Папа, ну почему ты меня не слышишь?! — закричала я с отчаянием. — Это убийство! Независимо от срока! У шестинедельного ребёнка уже сформированы все органы, в том числе мозг. Нет, наверное, большей трагедии в жизни женщины.