Выходит, придется мальчишкам твоим в примаки идти.
– Ну уж нет, – решительно мотнул Елисей чубом. – Есть у меня одна идея, да только чтобы воплотить ее, придется атаману кланяться.
– Ты чего задумал, ирод? – тут же вскинулась бабка.
– Новый хутор хочу поставить, – помолчав, признался парень. – Давно о том думаю. Сирот у меня в учениках много, а жить им с чего-то надо. Вот и ломаю голову, как это сделать.
– Добрая затея, – подумав, одобрительно кивнула бабка. – Но прежде ты с братом моим поговори. Святослав, хоть и старый, а голова у него светлая.
Он тебе и место толковое подскажет, и с атаманом сам все порешает.
– Благодарствую за совет, – кивнул Елисей. – Да только я хочу где-то рядом крепостью хутор ставить. Хоть и опасно, а все одно наша земля.
– Тут везде опасно, – помолчав, вздохнула Радмила. – А место-то уже присмотрел?
– Угу, – задумчиво улыбнулся Елисей.
– Вот и свози Святослава туда, – наставительно посоветовала бабка. – Он много всякого нужного знает. Да ты и сам про то ведаешь.
– Свожу, – снова кивнул парень.
– Но прежде сам кой-куда схожу.
– И верно, – построжав лицом, одобрила Радмила. – У батюшки совета спроси. Он быстрее надоумит. А уж потом и со Святославом поговоришь.
– Добре. Так и сделаю, – решившись, кивнул Елисей. – А с чего ты вдруг бабушка про девок заговорила? – вспомнил он начало разговора.
– Так бабы уж мне всю плешь проели, узнавая, кто из ребят какого характера, да какого роду-племени, – усмехнулась бабка.
– Женихов, что ли, почуяли? – сообразил парень.
– А ты как думал? – вскинулась Радмила. – Девок вокруг завсегда более, чем женихов путных. Вот и суетятся матери. К тому же выученики твои все ребята рукастые. Грамотные, здоровые. А значит, и детишки от них тоже добрые должны быть.
– А семьи там какие? – заинтересовался Елисей. – Казачьи, настоящие, или так, название одно?
– Всякие есть, – вздохнула бабка, чуть покривившись.
– Бабушка, давай с тобой так уговоримся. Ежели кто из толковых семей подойдет, разговаривай. А ежели будут из тех, кто казаки только по званию, то и разговора не затевай.
Не станут мои парни в примаках заместо бесплатной рабочей силы жить. Не для того я их науке воинской обучаю, да силы свои на то кладу. Я казаков ращу. Настоящих. Боевых. А не скоморохов ряженых.
– Не злись, – неожиданно попросила Радмила, осторожно взяв его за руку. – Ты когда себя теряешь, даже мне страшно становится. Ажно глаза горят, словно у оборотня какого.
– Прости, бабушка, – остывая, повинился Елисей.
