Жизнь внутри меня

Если бы не письма, я бы забил тревогу, но Михаэль регулярно давал понять мне, что искать его не нужно.

– Что делать? – задала я главный вопрос. – Может, написать Натаниэлю письмо с требованием отпустить папу?

– Совсем остатки мозгов растеряла? – раздраженно зыркнул на меня дядя. – Он ответит, что не понимает, о чем идет речь, а ты выставишь себя идиоткой.

– Вот если бы я могла связаться с Арисом, – отчаянно прошептала я, – все вопросы быстро разрешились бы.

– Но ты не можешь, – мрачно напомнил Рафик. – Он вернется через две недели, думаю, это время можно потерпеть.

Ситуация неприятная, но Михаэлю не угрожает опасность. Дождемся возвращения твоего муженька. Даже если Арис сумеет выкрутиться и скажет, что он ни при чем, то все равно будет вынужден показать его тебе для успокоения.

– Не могу ждать, – резко мотнула головой я. – Мне нужно увидеть отца, и как можно скорее.

– Сама отправишься в Красный клан? – с сомнением хмыкнул Рафик. – Тебя никто не выпустит, а если сбежишь, то выведешь из себя Аристарха и не добьешься от него правды.

Успокойся и жди.

– Не могу ждать. Не могу…

Именно с этой мыслью я легла спать. Мой папа, мой родной, мой самый близкий и преданный человек… Мысль о том, что с ним может что-то случиться, приводила меня в ужас. Я ворочалась в постели до глубокой ночи, пока нервы не сдали и я не наплевала на все. Встав с постели и переодевшись, я закрыла глаза и прошептала себе под нос:

Вспыхнул портал, и комната завертелась в круговороте красок.

Все закончилось слишком быстро.

Ненормально быстро. В следующий миг меня словно вытолкнуло в странную комнату. Здесь тусклый свет от горящего огонька в уголке, ненавязчивый химический запах, письменный стол, а в углу стоит деревянная кровать, на которой лежит человек. Папа?! Я сделала несколько шагов к нему, мысленно четвертуя Натаниэля за такие жестокие условия содержания моего отца. Здесь нет ни одного окна!

– Папа… – Я осторожно коснулась рукой плеча мужчины, и в тот же миг пожалела об этом.

– Кто здесь? – испуганно воскликнул спящий подозрительно знакомым голосом.

Не отцовским голосом. – Маша?!

На кровати лежал не мой отец, а совершенно незнакомый мужчина лет тридцати пяти. Стоило лучам света коснуться его лица, как меня передернуло. Вся правая щека, половина лба и часть носа были изуродованы страшным ожогом. Заметив, что я смотрю на него, парень резко отвернулся.

– Как ты сюда попала? – отрывисто спросил он.

– Анж! – Я узнала его по голосу. – Это ты?

– Я, – прошипел демон.