Жизнь за жильё. Книга вторая

Роман пока ещё не знал, какие документы надо будет оформить похожим друг на друга мужчинам, но интуитивно почувствовал возможность реализации своего жизненного плана. Тут, главное, разговорить человека, а там посмотрим…

Помощник нотариуса улыбнулся, встал, закрыл окна, прошёл к книжному шкафу, вытащил бутылку конька из запасов Лившица, быстро наполнил две большие рюмки и поставил перед опешившими клиентами:

— За папу! Лимона нет.

Уговаривать мужиков не пришлось, оба разом встали, с чувством приняли на грудь и довольно выдохнули.

Самый разговорчивый произнёс:

— Спасибо!

Дорогой коньяк выполнил своё дело, мужчины сели и их потянуло на разговор по душам. А Роман сделал вывод, что для подобных случаев в кабинете всегда должен быть запас спиртного. И не обязательно — эксклюзивного.

Клиенты представились по очереди — Виктор и Володя, объяснили хорошему человеку, что они братья-близнецы и только с неделю, как похоронили своего отца. Горе-то какое! Братья разом посмотрели на бутылку, оставшуюся на столе…

Мама ушла на тот свет ещё три года назад.

Близнецы доверчиво поделились с нотариусом, что с папой-блокадником и с его пенсией им жилось очень даже хорошо. Братья периодически подрабатывали на Кузнечном рынке, продуктов и водки хватало всем. Сейчас, после смерти отца они опасаются появляться на рабочем месте, так как хорошо знают, что местные продавцы-азербайджанцы могут легко кинуть Витю и Вову на квартиру. Папа ещё при жизни постоянно твердил про эту беду и запрещал приватизировать квартиру.

Помощник нотариуса задал вполне профессиональный вопрос:

— Володя и Виктор, значит, квартиру не включаем в наследственную массу? Только счёт на сберегательной книжке и всё?

Довольные скорым обогащением за папин счёт братья дружно закивали в ответ. Роман задал ещё пару наводящих вопросов про других возможных наследников и заодно про квартиру (разведопрос — так учили в высшей школе милиции) и выяснил, что больше прямых наследников нет, а неприватизированная трёхкомнатная квартира располагается рядом, на Пушкинской улице, дом 19.

Помощник нотариуса похвалил братьев за бдительность, встал и повторил процедуру с рюмками и дорогим коньяком:

— Володя и Виктор, за папу с мамой.

Это был сильный тост, от которого невозможно отказаться. Братья и не думали возражать чуткому человеку.