— Думаем подключить к делу старшего оперуполномоченного из Тихвинского РУВД капитана Рифкина Эдуарда, — доложил Жилин. — Знаю его ещё с командировки в Армению в восемьдесят восьмом. Надёжный парень и Бокситогорск рядом. Эдик многое нам подсветил по обстановке в районе и по местному авторитету Лапину Леониду Ивановичу, он же — Лапа.
— Василий, как бы твой Рифкин сам при делах не оказался?
— В Эдике уверен на все сто. Да и с начальником Бокситогорского РУВД у него отношения, мягко говоря, непростые, — заверил майор.
— Да уж! Проходила нехорошая информация про подполковника. Фамилия из головы вылетела, — озабоченно поделился Борцов. — Вроде его даже на ковёр вызывали. Но это уже без меня. Я в отпуске был.
— Владимирыч, уголовник Лапа живёт с сестрой районного начальника милиции.
— Вот даже как! Документы прикрытия ещё раз перепроверим. У начальника бокситогорского отдела есть возможность провести проверку нового человека в городе. Да и знакомые менты в Питере у областного подполковника наверняка найдутся.
Кантемирова официально убрали из отдела? Сколько он успел отработать в городе?
— Две недели по сегодняшний день включительно.
— И это хорошо. Сейчас же поговорю с кадровиками. Почитаю ваши документы и завтра с утра на доклад к шефу. Пока всё, товарищи офицеры.
Алексей Павлович единственный среди всех присутствующих в этом кабинете не был офицером, но, имел чин государственной службы и сидел за столом в форме с погонами подполковника. Он быстро встал, пожал руку полковнику милиции в штатском и вышел вслед за майором в гражданской одежде…
Глава 5
Как бы тщательно ни оценивал старший следователь Князев все риски внедрения лейтенанта милиции в бокситогорскую банду, и как бы подробно не разрабатывали Борцов с Жилиным системы контроля и управления ходом секретных мероприятий — шальное время и бардак в стране внесли свои коррективы в тщательно подготовленный оперативный замысел.
Все хотели, как лучше, а получилось совсем не так…
Тимур Кантемиров с неделю жил один в комнате семейного общежития, расположенного прямо над пожарной частью.
С одного торца здания — вход в пожарку, с другого, по лестнице на четвёртый этаж — в родную общагу. По фасаду гараж с огромными воротами на три спецмашины. Ограждённая территория пожарной части упиралась в густой лес, за которым виднелись корпуса секретного предприятия военного назначения. Отряд расформировали, часть закрыли вместе с оборонным НИИ. Жильцы, кто смог, разъехались.
