Жизнь за жильё. Книга вторая

У тебя всё в порядке? — Алексей Павлович по прокурорски строго перебил лейтенанта милиции.

— Слушаю внимательно.

— Когда я приехал в Бокситогорск и пошёл искать улицу Школьную, за мной увязались двое местных пацанов. Во дворах самый здоровый из них, в клёшах и с морской бляхой на ремне, окликнул и вытащил нож. Второго я не успел запомнить, он начал обходить со спины. Думаю, хотели меня на гоп-стоп взять и сумку отобрать. Я первого сразу нокаутировал, второй убежал. Орал что-то мне, сильно шепелявил.

Я подобрал нож, положил в карман куртки и ушёл.

Кантемиров вздохнул и оглянулся из будки. Охранники стояли у джипа и мирно беседовали с ментами в гражданке. Городок маленький, все свои…

Князев ждал, лейтенант милиции продолжил доклад.

— Потом познакомился с одним мужиком, он алюминиевые банки собирает по району и, похоже, что-то знает про потерпевшего Шильда. Я не стал особо спрашивать. Позднее через него снял квартиру прямо у дворца культуры и сходил на кладбище к Костылеву.

Памятник ему заказал.

— Зачем? — вновь перебил старший следователь прокуратуры.

— Для правдивости. Я же его однополчанин и денег остался должен.

— Дальше — самое интересное. Вечером решил сходить на дискотеку. Прямо рядом с домом. Думал, заодно поужинать. А там прямо на танцах отмечали сорок дней погибшему Мусаеву, портрет его с чёрной лентой на стол выставили, и стакан с водкой под ним поставили. Вся верхушка банды сидела рядом за одним столом: Лапин, Тюрин, Вольф и Ким.

Я им замечание сделал, мол, нехорошо на костях танцевать. Тюрин завёлся, я пытался разговор миром решить, а он — ни в какую… Оскорблять меня начал. И все вокруг слышали. Мне ничего не оставалось, как предложить поговорить с ним на улице. Тюрик согласился, за ним все остальные потянулись. — Тимур сделал паузу, прокручивая картину вновь и вновь. — На улице я успел ударить Тюрина в глаз, как он вытащил нож. Складной такой, «бабочка» называется. Я вспомнил про нож в куртке, взял в руку. Думал, Тюрик испугается, а он на меня кинулся. Он промахнулся, а я попал в печень. Тюрин прямо там, в парке и умер. Лапа с бригадирами рядом стояли.

— Ты его убил? — Князев не поверил.

— Да. Один удар ножом в печень. Тюрин с минуту на земле подёргался и затих.

Возникла пауза. Старший следователь прокуратуры усиленно размышлял.