Жизнь за жильё. Книга вторая

Значительный численный состав банды, чётко выраженная цель в виде занятий преступным промыслом требовали жёсткого единоначалия, которую лидер банды и установил с помощью своих бригадиров: Алика, Хирурга и Кимули.

После трагической смерти Аликбера Мусаева и появлением Ивана Тюрина строгая вертикаль власти начала шататься. Более взрослые члены бригады, ранее судимые и опирающиеся на традиционные уголовно-профессиональные традиции, стали роптать и возмущаться. Волнения заключались, в первую очередь, в отказе из-за новых правил бандитского существования от приверженности своему основному воровскому образу жизни, который, как говорили сами блатные, они впитали чуть ли не с молоком матери — острую жизненную необходимость воровать, гулять с размахом и периодически тосковать на отдалённых зонах.

Так сказать — украл, выпил, в тюрьму… И второй вопрос разногласий заключался в главном воровском принципе — никакого сотрудничества с властью, как на свободе, так и в заключении.

Главным противником бандитских новаций выступил только что оттрубивший шесть лет от звонка до звонка на мурманской зоне порядочный бродяга Тюрик, пристрастившийся в местах не столь отдалённых к алкоголю и наркотикам.

Лапин не оставлял без внимания своего земляка и как мог, подогревал зону. Но, видимо, грев братвы не пошёл сидельцу на пользу. Бунтарь-уголовник не хотел в своей жизни никаких перемен, а просто возжелал приличного места в сообществе и много денег.

Тюрик видел себя на месте бригадира и начал борьбу за власть, которую радикально прекратил явившийся ниоткуда залётный Студент…

Поэтому, уже на следующий день после смерти Тюрика, вожак Лапа принял волевое решение прямо с самого воскресного утра пресечь на корню начавшиеся волнения.

Для чего и подключил к делу бригаду Кимули. Активные военные действия с другими группировками закончились, спортсмены застоялись и требовали свежей крови. Война — дело молодых, да ранних. Недовольных коллег по цеху выдёргивали по одному из дома и популярно объясняли — что такое хорошо, и что такое плохо…

Наиболее сообразительные и не спившиеся до конца сотоварищи понимали истину с первых слов, кто-то возмущался и хотел услышать мнение приглашённого со стороны вора в законе.

На сцене появлялся бригадир с короткой фамилией Ким, и с двух-трёх резких ударов ногами и руками доводил мысль лидера в дурные головы отступившихся от общей бандитской идеи. Двух особо отличившихся в приверженности воровской вольницы пришлось отправить в районную больницу.