Жизнь за жильё. Книга вторая

— Каких? — заинтересовался вопросом неудавшийся офицер Вольф.

— Которые не боятся рисковать и никогда не упустят свой шанс, — спокойно сообщил засекреченный лейтенант милиции.

Теория бандитского бригадира о своей избранности и своём предназначении для высших дел ещё раз нашла подтверждение в выбранной стратегии собственного жизненного благополучия. Благородный риск освобождает человека от страха, моральных ценностей и запретов.

Виктор Вольф считал себя благородным человеком, но только в своём узком кругу достойных его людей.

Остальное бесполезное общество, живущее в постоянном страхе за себя и своих близких, не достойны его благородства. И если бы не прошлая версия бойца преступной группировки о сказочном волке-альбиносе, рейтинг Студента сейчас бы взлетел выше босса…

Осадочек остался, а Хирург доверял только своей исключительной способности мудрого командира находить решение вопроса в глубинах особого подсознания, подозревал всех и верил только себе.

Бригадир хлопнул бойца по плечу и сказал:

— Разумный риск — достоинство незаурядной личности.

Завтра встречаемся на квартире деда. Братва приедет отдельно, оружие привезут. Распределим людей, ты останешься в городе вместе с ними и организуешь охрану рынка. Доверенность от деда оформишь на одного из наших.

Разговор пошёл по делу, Тимур спросил:

— Сколько человек приедет?

— Пока четверо. Будут работать по двое через день. Двое — на рынке, двое — с дедом.

— Вызываешь бригаду Кимули.

— Понял. Доверенность оформляем у нотариуса по имени Роман?

— Откуда про него знаешь? — насторожился бригадир и по совместительству начальник службы безопасности группировки.

— Уже неделю в «Доме родном» работаю. И у меня со слухом всё в порядке. — Студент спокойно смотрел в лицо Хирургу. — По большому счёту, мне абсолютно по хер, у кого оформлять. Главное, не на своё имя, как Лапа сказал.

— Тимур, поговорим завтра с адвокатом, послушаем о его знакомом нотариусе. А потом и решим.

— Хорошо, Виктор. Не забывай, что я всё ещё могу быть в розыске по челябинскому делу.

И лучше на меня ничего не оформлять.

— Я всегда всё помню. До завтра. Не проспи.

Бригадир с бойцом пожали руки и разошлись по домам. Завтра ранний подъём.

Тимур проводил взглядом удаляющиеся огни японского внедорожника и пошёл домой. Немного подождал в квартире и, оставив включенным свет на кухне, осторожно выдвинулся в тени кустарника к ближайшей телефонной будке — докладывать Рифкину о скором прибытии в Питер.