Жизнь за жильё. Книга вторая

Вопрос: «Любит — не любит?» не интересовал Романа в принципе. Стерпится — слюбится!

Вскоре объект его жизненных планов появился сам собой. И пока только — объект… Дело оставалось за субъектом…

Под самый конец года сотрудник следственного отдела принял в своё производство уголовное дело по факту тайного хищения гербовых бланков и печати из нотариальной конторы, расположенной на улице Достоевского. Проще говоря — дело по краже документов.

Нотариус Лившиц Лев Эдуардович явился на допрос по первому вызову. Невысокий, полноватый гражданин с небольшой залысиной в дублёнке и дорогом костюме вкатился в кабинет, распространяя амбре настоящего французского одеколона.

Роман разбирался в парфюме, оценил аромат, встал и протянул руку потерпевшему:

— Проходите, присаживайтесь.

Следователь Марченко благодаря недавно расследованному крупному делу по фальшивым авизо Соцбанка получил внеочередное звание старшего лейтенанта юстиции и выбил себе для работы отдельный кабинет. Остальные сотрудники отдела ютились по двое, а то и по трое в одном помещении.

Лев Эдуардович, хотя и оказался потерпевшим по делу, хорошо знал правила игры и первым делом вытащил из своего портфельчика штоф виски:

— Это для вас. Не волнуйтесь, настоящий. Сам покупал в дьюти-фри в Хельсинки.

Следователь с интересом разглядел этикетку на бутылке:

— Лев Эдуардович, зря вы так… Я не принимаю подарки и не пью при исполнении.

Заведующий нотариальной конторой слегка опешил и испуганно взглянул на сотрудника внутренних дел.

Сотрудник улыбнулся и успокоил посетителя:

— Предлагаю сделать так, коллега. Лев Эдуардович, мы же с вами юристы? Коллеги по жизни получаемся? Товарищи, так сказать…

Нотариусу в этот момент очень захотелось стать по жизни не только коллегой районного следователя, но и его товарищем. Юрист в дублёнке согласно кивнул головой.

— Оставьте пока бутылку у себя, а по окончании удачного расследования мы с вами где-нибудь присядем, — старший лейтенант юстиции сделал театральную паузу.

До тёртого жизнью юриста наконец-то дошло, что перед ним сидит хотя и молодой, но знающий своё дело и цену себе, профессионал. Лившиц успокоился, проникся уважением к специалисту, скинул дублёнку, расслабился и как на духу выложил все факты и соображения по поводу кражи.