Жизнь — жестянка (СИ)

Кто же это пожаловал? Делаю вид, что мне это не так и интересно, но сердце сбивает ритм — а вдруг Коршун вернулся? Нет, не он. Какие-то дуболомы в черном, а с ними… С ними человек, которого я стала в последнее время видеть непозволительно часто.

Александр Петрович Борзунов.

Почему не на своем мерседесе с правительственными номерами? Звук сирены и миганье синей «люстры» надоело? По пробкам соскучился? Вылезает, оглядывается… и замирает словно видит не меня, а привидение. Я киваю. Мужики за спиной Борзунова переглядываются.

Тот же сначала медленно, потом все быстрее идет в мою сторону.

— Здравствуйте, Ксения. Не знал, что вы вернулись.

Значит что же? Антон предпочел не говорить шефу о том нашем ночном визите? Ну и правильно, а то бы получил ни за что, ни про что.

— Я только что…

— У вас все в порядке? Самочувствие… наладилось?

— Спасибо, все хорошо.

Кивает и простившись торопливо идет в Коршуновский дом. Дуболомы гурьбой следуют за ним. Любопытство меня так и распирает. Что ему здесь понадобилось? Сразу иду на второй этаж и приникаю к заветному биноклю.

В гостиной никого. Все остальные окна мне почти не видно. Жаль… Ах нет! Вот они. Как раз возникают в поле зрения. Мужики, что прибыли с Борзуновым выстраиваются вдоль стены, складывая руки перед собой характерным жестом футболистов в «стенке». Антон останавливается посреди гостиной. Борзунов же начинает бегать туда-сюда. Естественно ничего не слышу, но по выражениям лиц и по жестикуляции нетрудно догадаться, что он чем-то недоволен и орет. По всей видимости на Антона. Не хотела бы я сейчас оказаться на его месте…

Антон что-то пытается возражать. Даже складывает руки каким-то просительным жестом. Борзунов в ответ лишь окончательно выходит из себя. Это я понимаю совершенно четко после того, как Александр Петрович подскакивает к замершему парню и со всей дури бьет его кулаком в лицо.

Какие, однако, «высокие» отношения у наших политических деятелей со своими наемными работниками!

Коренастому и широкоплечему Антону выпад Борзунова, который никогда не был качком — что слону дробина.

Он мог бы одним ударом отправить обидчика в нокаут. Но лишь стоит, опустив руки и голову. А за его спиной с каменными, совершенно неживыми рожами замерли другие парни из Борзуновской охраны. Корпоративная этика в действии…

Мне становится дико противно. Тянет вот прямо сейчас позвонить Борзунову, сказать какую-нибудь гадость и в бинокль понаблюдать за его реакцией на нее. Но понимаю, что это — глупость чистой воды.