Жрец Хаоса. Книга III

Когда до меня осталось менее пяти метров, воины отчего-то взялись за руки вместо того, чтобы на меня напасть. И вдруг принялись петь что-то — не то молитву, не то песню, не то просто застряли на одной ноте. Однако же со всех сторон меня ударила волна магии. По цвету она напоминала как раз-таки ту самую магию кошмаров, которой я совсем недавно пользовался.

— Войд, сможешь поглотить?

— Смогу, — икнула сущность внутри меня. — Но после этого мне будет так плохо…

— Могу вывести Гора из Ничто, чтобы он создал отток магии, расходуя на себя, — предложил я очевидный вариант.

— Отличная идея. Выпускай.

Я кивнул и принялся потихоньку вбирать в себя магию. Гора я выпустил сразу в небо — ведь мне необходимо было, чтобы его не заметили, в то время как он стал бы моими глазами и ушами в небесах.

Сам же я стойко держался, лишь не понимая, что же мне всё-таки делать. Помог мне всё тот же Войд. Он слегка пьяным, довольным голосом выдал:

— Ик! Сделай вид, что уснул. Это же магия, как твоя — они тебя усыпляют.

— То есть сначала усыпят, а потом зарежут, как поросёночка?

— Вообще не похоже.

На сей раз в этом высказывании были единодушны и Гор, и Войд. А потому я ещё пару раз пошатнулся, а после прислонился спиной к стене крипты, прикрыл глаза, выровнял дыхание и, слегка замедлив сердцебиение, притворился спящим.

Выждав для верности ещё пару минут, я заметил, что индийские воины прекратили петь свою «колыбельную». А после услышал шаги — лёгкие и невесомые.

Переключившись на взор Гора в вышине, я заметил, как ко мне приближается принцесса.

Я всё ещё не был уверен, что сам являюсь причиной для усыпления. Возможно, я был лишь досадной помехой на пути к принцу. Если меня усыпить без лишней крови, то можно было легко добраться до его высочества."

"Другой вопрос, что подобная предосторожность и гуманизм, скорее всего, были не свойственны при выполнении убийственных задач. С другой стороны, если бы они убили меня, а после и принца на чужой территории, то выбираться им было бы значительно сложнее, а потому подобный гуманизм был оправдан.

Принцесса приблизилась ко мне на расстояние шага и с интересом разглядывала. А спустя секунду из-за спин одетых во всё белое воинов вышел ещё один индийский персонаж. На сей раз — низенький толстячок с чалмой, которая по размерам могла соперничать с его животом. Одет он был во всё золотое, и украшений на нём было едва ли не больше, чем на принцессе.

— И это он? — прозвучал вопрос с пренебрежением в голосе.