И умная, и красивая, и хорошая, а такое, бывает, обломится… Вот за что?
— Мне бы хотелось с вашими дочками познакомиться, — после минутного молчания сказал Юрий Семенович, внимательно разглядывая ее лицо, неторопливо, черту за чертой, потом взял ее руку и так же внимательно принялся разглядывать ее пальцы, ногти, ладонь. — Это возможно? Впрочем, познакомлюсь, когда вы будете работать у меня.
— Как это — работать у вас? — растерялась Тамара. — Кем я буду у вас работать?
— А я разве не сказал? — Он уверенно смотрел на нее, слегка улыбаясь.
— Мне нужен помощник. Я давно ищу, да все какие-то не такие попадаются.
— А почему вы решили, что я… какая-то такая?
— Значит, решено, — игнорируя ее вопрос, сказал он и полез в карман. Вынул визитную карточку, протянул ей и долго молча ждал, пока она не взяла. — Я завтра утром уеду на пару дней, а в среду вы мне позвоните — скажете, когда сможете приступить к работе. Лучше не затягивать. Вы сегодня как домой доберетесь?
— Э-э… я доберусь. — Тамара все еще не знала, как отнестись к его внезапному предложению… Да какое там предложение! Это был приказ, вот что это было.
— Меня подруга довезет, мы почти рядом живем. Я и сюда с ней приехала. Вон она, которая смеется. Лена… Елена Владимировна.
Юрий Семенович с сомнением глянул на Ленку:
— Елене Владимировне нынче везти никого нельзя, я не хочу рисковать своими лучшими кадрами.
Тамара невольно засмеялась, и он слегка улыбнулся, вынимая из кармана мобильник.
— Впрочем, я тоже пьяный… Алло, Саша, ты трезвый? А голос чего такой? А-а, ну просыпайся в темпе.
Тебе полчаса хватит? К Виктору Васильевичу в новый дом, где свадьба была, помнишь? Приезжай на своей, сначала человека одного отвезем, потом ты меня обратно подкинешь, потом свободен. Жду.
Он сунул телефон в карман и ожидающе уставился на Тамару:
— Ну что, будем прощаться с хозяевами, да? Сейчас Саша подъедет. Может быть, и Елену Владимировну прихватим, раз уж по пути?
— Зачем вы Сашу вызвали? — недовольно сказала Тамара, испытывая страшную неловкость.
— Я сама добралась бы… Подняли человека посреди ночи из-за пустяка. Вот что он после этого должен думать?
Юрий Семенович вдруг громко, искренне и очень заразительно засмеялся. Так же внезапно перестал смеяться и серьезно сказал:
— После этого он должен думать то же, что, по-видимому, думал до этого: что ему неслыханно повезло с работой. Он у меня водителем уже пять лет работает, и среди ночи я его поднимаю в первый раз.
