Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы

Несмотря на все запреты, он обучил меня всему, что знал и умел, а сам с удовольствием познавал наши методики.

Вместе мы разрабатывали абсолютно уникальные, инновационные системы лечения и искали способ изменить старый закон, чтобы я могла помогать отцу не тайно, а на законных основаниях. Но четыре года назад Ашер погиб от нападения низшего демона, и с тех пор в моей жизни началась чёрная полоса.

В королевстве Серебряного льда женщины не могли сами вести дела, к тому же, когда умер мессир Лангроу мне было всего шестнадцать.

Его клинику должны были выставить на императорский аукцион, а мне найти опекуна, но спасло вмешательство старого друга и коллеги Ашера – герцога Вэринга.

Он знал мою тайну и предложил заключить контракт. Я сохраняла за собой всё имущество отца и возможность тайно продолжать практику, но должна была стать Огоньком его сына Олафа и помочь скрыть ото всех факт, что парень родился без Дара.

Терять было нечего, я согласилась, и благодаря мне спустя четыре года Олаф стал самым знаменитым лекарем во всем королевстве.

К нему привозили даже безнадёжно больных пациентов из других империй, только… с каждым днём скрывать правду становилось всё сложнее.

– Потрясающая работа! – едва развеялись отголоски тёмных плетений, Томас подошёл ближе, осматривая девочку с помощью магии. Пока он использовал самые простенькие заклинания, чтобы не мешать мне, но всё равно оценил размах лечения. – Ты превзошла саму себя, Эстер. Ашер гордился бы тобой!

От упоминания об отце сердце тоскливо заныло.

В своём мире я была сиротой. Отказником, которого бросили в роддоме тридцать первого декабря.

Новый год по понятным причинам ненавидела, хотя втайне мечтала, что именно в этот день меня кто-нибудь удочерит. Но судьба распорядилась иначе и моё желание исполнилось лишь много лет спустя, да и то, в другом мире.

Ашер стал моим новогодним подарком и воплощённой мечтой о семье, которой у меня никогда не было. Я же помогла ему не сойти с ума после потери близких и всегда поддерживала, искренне считая самым родным человеком во всех мирах.

Его смерть больно ударила по мне, и от одного воспоминания на глаза до сих пор наворачивались слёзы.

– Эстер, прости… – виновато прошептал Томас, – я не хотел…

– Знаю, – по щеке скатилась предательская слезинка.

Магия истинных целителей требовала высокой эмпатии, поэтому после лечения больных эмоции обострялись до предела. Сейчас мне сложно было контролировать себя, но я знала, что Томас не хотел ничего плохого.