Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы

Удивительно, что с такой наследственностью Роберто и Латифа родились нормальными и выбрали сопротивление, а не служение нечисти.

– Нам очень повезло, – вздохнула, – если бы у Роберто не хватило мужества уничтожить Адарика…

– Латифа стала бы жертвой и печати Софии оказались сорваны, – подытожил Аид, – но если смерть отца спасла Роберто от рабства, получается, что печати Ингаско входят в полную силу не сразу после рождения ребенка, а постепенно.

– Как я понял, в день совершеннолетия сына Адарик намеревался провести какой-то ритуал, скрепив печати Ингаско, – ответил Тиль, – если бы у него получилось, Роберто уже не смог бы сопротивляться.

– Да уж… теперь многое прояснилось, – вздохнула Таэль, – но проблем меньше не стало!

– И главная заключается в том, что из-за удержания контроля над куполом Роберто стремительно теряет магию, – продолжил Тиль, – для оказания королю экстренной помощи, мне пришлось срочно телепортировать в новую резиденцию Томаса Вэрингу.

– Состояние Роберто удалось стабилизировать? – уточнила я. – Или требуется моя помощь?

– Нет, тебе лучше пока вообще не приближаться к королю, – отрезал Кристоф, – не известно, как печати Ингаско отреагируют на магию Тройной Искры.

– Поддерживаю, – кивнул Тиль, – слишком опасно. К тому же Роберто всё равно продолжит терять Силу. Единственное, что мы можем сделать - это скрыть его слабость от остальных.

Точно! Если станет известно, что король потерял магию, его отправят в Дом Изгоев. Закон об ущербных магах не знает исключений.

– Как я понимаю, Роберто давно готовился к худшему. Это ещё одна причина, по которой он пытался ускорить помолвку и брак Латифы, – добавил Дамиан, – женщина не может править.

– А драконид, по законам королевства такая же отбраковка, как и маг без Дара, – продолжил Рагнар, – но пока Роберто окончательно не потерял Силу, он может изменить старый закон…

– Я говорил с ним об этом, – кивнул Тиль, – но всё не так просто и займёт немало времени.

– Тебе пришлось раскрыть тайну Олафа? – уточнил Кристоф.

– Нет, мы обставили всё так, будто Томаса внезапно посетила гениальная идея и он придумал артефакт специально для короля.