- Дайте смертному только то, что он ищет.
Вороны легли на крыло и прорвались сквозь само расстояние, получив наконец свободу действий, чтобы вдохнуть перемен. Застой миров наконец растворялся. Их крики были свирепыми и радостными, когда они призывали свою добычу.
Фригга мягко положила руку на плечо Одина.
- А Тор?
- Тор спасет его, - тяжело ответил он, - и будет проклят в то же мгновение. Это битва Локи. Хагалаз всегда оправдывает себя.
Горько беспомощные, связанные собственными обещаниями, Фригга и Один могли лишь вложить все свои силы в веру в сердце аса, бьющееся в груди ледяного гиганта - и в неукротимую волю смертного.
Проклятие должно разбиться.
По другую сторону мира, на краю сверкающего пути к звездам, Тор повернулся к безмолвствующему хранителю врат, стоящему рядом.
- Для чего пришло время, Хемдайлль?
Хеймдалль просто улыбнулся.
- Для перемен.
========== Глава 17 =========="
"Блокиратор и вправду элегантный замысел, думал Тони, пока шрапнели ползли к его сердцу.
Он забыл, что сделал его, забыл, что его отклонили как жизнеспособное устройство личной защиты, которое так легко можно использовать против владельца.
Тони жалел, что не уделил этой маленькой детали больше внимания.
Сидя тут, пойманный в ловушку собственного тела, пока Пеппер истекала кровью на полу, Тони жалел о многом.
Он знал, что для него фельдшеры приедут слишком поздно. Несомненно, он все еще будет жив, когда они покажутся, вероятно, даже проживет несколько дней при медицинском уходе. Но он с самого начала понимал, что единственное, что поддерживает его жизнь - это дуговой реактор, который он создал в пещере.
А теперь им владеет Обадая, и он собирается использовать его, чтобы убить или поработить Локи в разрушительном костюме из доспехов, который Тони едва не построил для него. Обадая собирается штурмовать замок, пока Тони сидит тут, бесполезный и умирающий, скованный тем, что сам же и создал.
Тони силился прогнать заволакивающую глаза дымку, когда почувствовал, как на соседнем сиденье прогнулись подушки.
Прогнулись, словно кто-то опирался на них.
Пеппер, закричал он, но все, что вырвалось из горла - лишь слабый стон. Где-то рядом с ним Пеппер издала резкий вскрик боли.
Боли… и гнева.
- Лысый, раздутый, жадный, льстивый, трескающий икру предатель, - прохрипела она, каждое слово перемежалось какими-то перемещениями сбоку от него. Тони услышал звук каблуков, царапающих пол. Господи, отчаянно подумал он, в нее два раза выстрелили, а она еще пытается встать на ноги.
