Нет, подумал Локи, чувствуя, как вдоль позвоночника сползает зудящее магическое желание. Он больше не тот бледнокожий принц, каким был раньше. Он - не Ас, хоть и хотел когда-то им быть. Он не приползет обратно на свое место; он не продолжит просто стоять слева от трона, урок выучен на отлично. Наконец-то наказан и помилован.
Если Один хочет сына-йотуна, он его получит.
Один не отводил от него глаза, пока прожилки незрелой магии ярко сияли под кожей Локи, обновленные и сверкающие от застоявшейся силы возрождения.
Локи позволил им нахлынуть, глубоко вздыхая, пока с его кожи смывало заклинание внешнего вида, ощущая сжимающую легкость с каждым дюймом вновь обнажаемой разлинованной синевы. Странно, думал он, пока во рту удлинялись зубы, пока вытягивались острые когти, возвращение в эту форму почти успокоило его. В отличие от прошлой.
Когда сгорел последний след заклинания и показались рога, Локи почувствовал себя выше и сильнее, чем когда-либо был, пока носил богатства Асгарда. Кроваво-красными глазами он встретил взгляд Одина и увидел лишь пытливую заинтересованность, как отражение его собственной.
Локи услышал свой голос.
- Мы довольно долго жили во лжи, так ведь?
- Да, - согласился Один. Он смотрел на Локи с какой-то незнакомой задумчивостью. - Минуло более трехсот лет с тех пор, как в этом царстве приняли истинное дитя Йотунхейма. Мирные переговоры никогда не были одним из талантов Лафея. Он давил на меня, на каждом шагу выступал против моих соглашений, - моргнув, Один оборвал воспоминания.
- Если ты ожидал потрясения, сын мой, тебе стоит поискать его где-нибудь в другом месте. Одним глазом или двумя, на своем веку я сполна повидал кожи Йотунов.
- И пронзал ее своим копьем, - невыразительно произнес Локи. - Не вздумай говорить мне, что смотришь на меня и по-прежнему видишь своего странного и смышленого ребенка, - если честно, Локи не мог сказать, зачем налегает на Одина. Судьба сил Йотунхейма никогда не волновала его, и все же вот он, стоит и настаивает, чтобы Всеотец признался в своем отвращении к ним.
К нему.
- Я вижу, что ожил один из самых прославленных мифов Йотунхейма, спустя десятки тысячелетий после того, как пал последний великий зимний король, - Один слегка прищурил глаз. - Также я вижу своего сына, признает ли он меня своим отцом или нет.
Зимний король. Слова, которые не упоминались ни в одной легенде из тех, что когда-либо слышал Локи, даже в самых пугающих сказках, рассказанных вокруг потрескивающих огней в Асгарде.
