Тони ненавидел Виктора фон Дума, и ничто в мире этого не изменит."
"Ревность - не то чувство, с которым Тони хорошо справлялся. Это напомнило ему о его подавляемых вспышках гнева в ту пору, когда Локи и Наташа тесно общались в Зимнем Сердце. Господи, такое впечатление, будто это было десятки лет назад. Несколько жизней назад. Самое важное, о чем Тони тогда приходилось волноваться, это расстояние до ближайшей ванной, и спустится ли Локи из западного крыла, чтобы прожечь его сердитым взглядом. Не обремененные заботами деньки.
Почему политики перетянули на себя столь многое от того, что должно было стать их приторным “и жили они с тех пор долго и счастливо”? Тони был всецело готов посмеяться над смехотворным размером их идеального счастья. Взамен были одни лишь встречи, инструктажи, аэропорты и расстояния.
Жизнь.
В полумиле под ним Локи кивнул в подтверждении, и Дум неглубоко поклонился, прижимая руку к груди. Поворачиваясь на одной полированной металлической пятке, владыка Латверии, по-видимому, решил, что пришло время откланяться.
Давно пора.
Уменьшив обзор камер так, чтобы видеть весь внутренний двор, Тони в маскировочном режиме завис над местом событий и задумался, закончил ли он на сегодня с дежурством или нет. Если график Локи продолжится в том же стиле, что и последние три месяца, он вполне вероятно в любом случае будет есть в одиночестве. Учитывая, как они оба были заняты, их графики довольно часто не совпадали друг с другом, поэтому имело смысл вызваться на любое совместное задание, предложенное на этот раз.
Альтернатива - сидеть в башне, мастеря Джарвису новое тело, которое, честно говоря, было уже давно готово.
Тони настолько затерялся в ворчливой веренице своих мыслей, что почти пропустил тот миг, когда уходящий со двора Дум развернулся кругом и выстрелил прямо в спину Локи шквалом желтого света.
- Дерьмо…
- Вражеский…
Прежде чем кто-то успел среагировать, прежде чем Тор успел хотя бы моргнуть, Локи шагнул в сторону от ударной волны и метнул в Дума такой сноп льда, что тот еще всю следующую неделю будет откашливаться замороженными кубиками.
Но он не сменил цвет кожи на синий, как иногда делал, когда ускользал от охраны и был вынужден прибегнуть к помощи льда. Тони с такой силой спустился вниз, что когда он приземлился, под ногами растрескался асфальт. Дипломатическая неприкосновенность, будь она проклята, - стрелять человеку в спину было просто грязно.
