- Туман, скрывающий из вида, волшебные молнии, способные пронзить самую жесткую броню, столько льда, что можно засыпать им весь город, а я не способен на такую малость, как заживить кровоподтек. И времени, которое я мог бы провести здесь, ожидая, пока ты восстанавливаешься, у меня тоже нет из-за еще одного десятка встреч, каждая из которых по важности соперничает с другой, - тихо выдохнул он, пальцы накрыли свет дугового реактора. - Раньше все было… проще. Там я находился всегда. Теперь же больше нет еженощных обходов замка, чтобы убедиться, что все находятся там, где им надлежит быть.
Этот мир слишком непредсказуемый, слишком большой, чтобы я мог его контролировать.
Тони дотянулся до него и смахнул с плеча Локи тяжелую волну волос.
- Для небольшого синяка это слегка перебор, - он накрыл руку, устроившуюся на реакторе, своей, окончательно затушив проблески бледно-голубого света. - Ты пытаешься мне сказать, что на самом деле скучаешь по Зимнему Сердцу?
Выражение на лице Локи, еще секунду назад такое открытое и подавленное, тут же полностью захлопнулось.
- Не будь идиотом, - упс. Локи переключил внимание за пределы спальни, его глаза устремились в неизведанную даль. - Хескамар. Сюда.
- Только не этот мерзавец, - простонал Тони, но воздух в этот миг уже треснул и разошелся, являя зияющую брешь в пылающую бездну. В порыве пахнувшего дымом ветра сквозь нее пролетел Хескамар и забил крыльями, опускаясь на предплечье Локи. Хватка этих когтей должна была приносить боль, но Локи не издал ни звука.
- Где ты был? Доводил до ручки еще нескольких классиков?
- Занятый и значимый, - ответил ворон. - Хескамар везде и нигде. Убивающий время и убивающий скуку. Совсем как наш принц здесь. Свобода есть пепел и…
- Излечи его рану, ворон, - проскрежетал Локи, подчеркнуто избегая взгляда Тони. - Хоть раз будь полезен. Позже у тебя будет время, чтобы раздражать меня.
- Вины в этом нет, - прохрипел Хескамар. - Быть везде не в твоих силах, маленький принц.
Гордость Одина, посол, чародей, зимний король, принц, брат, сын, возлюбленный, узник. И поныне узник, носишь на себе слишком много корон, слишком много лиц, - ворон широко раскрыл рот, а потом захлопнул его со щелчком. - Некогда естественный.
Кровь так быстро отхлынула от лица Локи, что Тони и впрямь смог увидеть, как побелели его губы, не оставив на лице никаких цветов, кроме теней и лихорадочного зеленого блеска в глазах.
