То ли я так удачно сидел… То ли длительное общение с Кэт подействовало, и я заразился её талантом убивать любую тварь, куда бы пуля ни попала. Но в этот раз всё получилось даже лучше, чем я ожидал!..
Глаз лопнул кровавой юшкой. А огромная зверюга снова дёрнулась, но конвульсивно и лишь несколько раз. Напоследок её тело частично вырвалось из-подо льда, с грохотом заваливаясь на бок.
А меня дважды окатило ледяной водой с ног до головы… Я только и успел, что судорожно вздохнуть, пропихивая в лёгкие морозный воздух.
А потом наступила тишина… Чудовище застыло пузом кверху, не добравшись до меня каких-то шагов пять, что для крокодиллы — просто один рывок. Лёд от места, где был нос, и до середины реки был разнесён на маленькие осколки. Наш костёр на берегу залило, вещи промокли. Я и сам был мокрый — и, наверно, в шаге от пневмонии.
А, в довершение всего, туша крокодиллы вдруг шевельнулась…. Но тут же сползла под собственным весом в полынью.
Где её практически сразу затянуло течением под лёд — под наши горестные крики! Огромная куча мяса, кожи и костей канула в сторону моря, оставив нас скорбеть об упущенной выгоде.
А потом мы снова разводили костёр… И даже каким-то чудом умудрились его развести. Я грелся рядом в спальнике, моя одежда — сушилась. И, конечно, назад мы выдвинулись слишком поздно, чтобы до темноты добраться до Алтарного…
Мигель бегал всё это время вокруг, что-то восторженно выкрикивая. Мелкий и Трибэ по-деловому осматривали место происшествия.
Гопник умудрялся ещё и нашему вознице отвечать. К счастью, мои спутники смогли найти и револьвер, и топор, и кол…
А обратный путь превратился для меня в борьбу за выживание. И я даже не знаю, что хуже было — битва с крокодиллой или это… Одежда-то до конца высохнуть не успела! Я сидел в санях, укрывшись спальником и пытаясь сберечь хоть крупицы тепла.
И всё равно я был счастлив! Не каждый день остаёшься жив, разбудив посреди реки огромную инопланетную крокодиллу!
К моменту, когда мы вернулись в Алтарное, влажная одежда на мне заледенела окончательно.
Да так, что и шевелиться почти не получалось: я сидел в одной позе, как истукан, и колени не мог разогнуть.
Мелкий и Трибэ, ругаясь и бухтя, выгрузили меня из саней, а затем так и потащили до капсулы. Я только ладонь на входе кое-как смог приложить, чтобы дверь открылась…
К счастью, большая часть лагеря уже спала и не увидела этой уморительной картины, как ледяного Вано тащат.
