Тех, кто уже совсем не мог идти, сажали на сани, где горел единственный очаг и безостановочно грелся отвар. Когда очередная порция была готова, её передавали идущим бойцам. А те, кто выбился из сил, отогревались у очага, чтобы затем опять вернуться в строй.
Правда, не все и не всегда. Трое человек за этот день слегли, несмотря на «лечилки». И слегли так, что вряд ли в ближайшее время оклемались бы. Один боец кашлял, отчаянно харкая кровью. Девушка из группы городской гвардии, которую возглавлял Пустырник, отморозила пальцы на ногах.
А ещё наш Ром умудрился упасть прямо перед багом. Не умер, но ногу тот ему сломал жёстко…
И ведь мы не так уж долго шли! Чуть больше по времени, чем в предыдущий день. Как Кукушкин собирался вести армию к японцам — не представляю даже…
Если честно, я не понимал, как мы-то дошли, не оставшись лежать в снегу…
Дневник Дандана У по прозвищу «Ксин»
Триста пятьдесят девятый день. Люди из бесконечной вьюги.
Сложно сказать, когда именно всё пошло наперекосяк. Наверное, в этом было немало нашей вины… Озеро, рядом с которым мы жили — прекрасное место, где всё удавалось, чем бы ты ни занимался.
Рыбалка, охота, земледелие. Ну, точнее, мы так и не успели заняться земледелием… Только запланировали. Но рядом с озером и без того много всего росло!
Главное — поблизости жили, в основном, наши китайские группы. А в отдалении — давно знакомые соседи по Азии. Когда изгнали японцев, жизнь и вовсе начала налаживаться. Нас смущало только одно: люди, приходившие из глубины леса, рассказывали страшные истории про всяких хищников.
Но, с другой стороны, к нам-то это зверьё старалось не лезть!
Мы как-то сразу смогли дать отпор местным хищникам. Наверно, поэтому нас больше и не трогали.
И поэтому нам вдвойне сложно было принять мысль, что пора уходить с насиженных мест. Очень уж не хотелось бросать всё, что своим трудом нажили за лето. Но осень не оставила нам выбора…
Когда ударили первые морозы, мы были к ним не готовы. Не были заготовлены припасы, не были утеплены капсулы… Это был всего лишь двести двадцатый день! Да у нас снег сошёл на пятьдесят шестой день! Много ли можно сделать за полгода, привыкая к чужой планете?
Моя группа тянула до последнего.
Тогда у нас был совсем другой глава. Он, мне кажется, был куда достойнее меня. Мудрее и строже. Но он тянул с уходом до последнего. И когда все наши уже подались на восток, мы ещё решали, а стоит ли уходить…"
"Нас таких, кто остался на зимовку у берегов озера, было много.
