Баги радостно пёрли по протоптанной дороге чуть ли не галопом, изредка переходя на спокойную рысь, а мне оставалось только задыхаться от ужаса и восторга! Да… Мне, стыдно сказать, даже понравилось…
То ли генетическая память сработала, то ли просто соскучился по нормальным скоростям. Мы добрались до Алтарного меньше, чем за сутки! Выехали прямо перед рассветом, убедившись, что в ближайшее время не предвидится снегопада. А в Алтарное влетели с последними лучами солнца.
После долгой езды я не чувствовал ни рук, ни ног — всё отмёрзло.
В глазах застыли восторг и ужас. Но восторга всё-таки было больше. Я и Мелкий, стеная как целый госпиталь умирающих, вывалились на снег и принялись разминаться. Как шли до лагеря — помню плохо.
Из нас троих — меня, Мелкого и Русого — бодро двигался только один гад. Но он нам помогать не собирался: только подгонял, толкая мохнатым лбом в ноги. Спать ему, видите ли, хотелось… Хорошо, по пути Славка попался и помог нам дойти.
— А ты тут чего? — спросил я у него, стуча зубами.
— Да сеструха куда-то запропастилась, — признался парень. — Ушла днём ещё, а уже вечер. Решил по рынкам пройтись, поспрашивать…
— Славка, брат, тащи нас к огню, на! Помираем, сука! — прохрипел Мелкий.
Пришлось Славке свернуть свою поисковую деятельность, чтобы дотащить нас к костру. Руки-ноги и вправду практически не слушались. И даже у огня отогреться удалось далеко не сразу."
"Зато вокруг царила благодать… Солнце уже зашло, кругом тихо и спокойно. Правда, город ещё немного шумел, но тоже мало-помалу успокаивался.
Пока мы с Мелким отпаивались отварами и грелись, снова появился Славка. Лицо у него было расстроенное.
— Не нашёл? — нахмурив лоб, спросил я.
— Нет… Видели её с какой-то Ленкой на рынке. А куда они вдвоём пошли, не знают! — вздохнул он. — А вы как?
— Отогрелись! — довольно проурчал Мелкий. — А за сеструху не переживай! Она девочка взрослая, на!..
А вот мне почему-то стало тревожно… Всё-таки девушка, в тёмном городе, где куча левого народу… Конечно, медицинская капсула, если что, ей тело поправит.
Но что делать с головой-то?
— Пойду с Русым её поищу, — решил я.
С собой на всякий случай взял револьвер — мало ли что? Вдруг хулиганы пристанут? Чем я буду свою честь защищать?
Русого разбудить оказалось нелегко. Меховой гадёныш снова впал в спячку. Пока я его добудился, пока объяснил, что нужно… А время-то шло. От обнюхивания вещей Кэт Русый отказался с видом обиженного интеллигента, которому под нос сунули чужие трусы.
