Зимние костры

Я помогу вам всем, чем можно, но поймите, что на первом месте — мой супруг, дети и дом.

— Что будет с нами? — Наконец Линнет отважилась задать неотступно мучивший их всех вопрос.

— Пока вы пленницы моего мужа. Ему и решать, что делать с вами.

— Так значит, мы рабыни?! — высокомерно осведомилась Корделла, хотя гордиться в ее положении было особенно нечем.

Но Элоиза невозмутимо подняла бровь:

— Попав в рабство, ты потеряла все права. Удивлена, что ты посмела спрашивать меня об этом! Думаешь, тебя освободят, дадут дом и скот? Нет, теперь ты стала собственностью.

Будешь принадлежать моему мужу или любому, кому он тебя пожалует. Мне не особенно нравится слово «раб». Предпочитаю называть вас служанками, так, как именуются подобные тебе в твоей стране.

— Наши слуги были свободными людьми! — огрызнулась Корделла.

— Только на словах! Они ничем не отличались от рабов, все это прекрасно знают. А тебе лучше сразу понять свое истинное место, иначе придется плохо!

— Она права, Корделла, — тихо предупредила Линнет.

 — Лучше придержи язык."

"Корделла, не обращая внимания на женщин, демонстративно отвернулась.

— Думаю, мы можем стать друзьями, Линнет. — Элоиза негромко засмеялась.

— Мне бы искренне хотелось этого, — поспешно ответила Линнет. Сейчас она нуждалась в друзьях больше всего на свете.

— Жаль, что тебе пришлось попасть сюда, — сочувственно продолжала Элоиза. — Но надеюсь, ты быстро привыкнешь. Мне не по душе набеги мужа и его привычки возвращаться с пленниками, но эту часть его жизни я не вправе судить.

Насколько я понимаю, тебя и твою семью обманули, заставив думать, что Ансельм прибыл за невестой для сына. Мне очень жаль.

— Но твой муж дал слово! — вновь перебила Корделла. — Неужели у викингов нет чести?!

— Делла!

— Я не виню вас за горечь и разочарование. Да, мой муж — человек благородный, но не по отношению к тем, кого считает врагами. Он солгал посланцу вашего родственника. Видите ли, мой младший сын Гаррик был взят в плен вашими соотечественниками и подвергся пыткам.

С тех пор муж ненавидит кельтов. У него даже и намерения не было сдержать клятву. Он никогда бы не позволил сыну взять в жены дочь кельтов.

— Это Гаррик? — с любопытством осведомилась Линнет. — Тот, что рассматривал мою племянницу?

— Нет, это мой старший сын, Хьюг. Гаррика здесь нет, но это не имеет значения. Как ты понимаешь, свадьбе не бывать.

— Да.

— Гаррик ничего об этом не знает. Он отправился в плавание весной, еще до появления посланца.