Но удача окрыляла, вливала силы. Великое дело сделали — и без единой потери! К тому же у них были лыжи, а у преследователей — нет. Пока подтянутся лыжные отряды, пока соседние части перекроют местность — уйма времени пройдет. Мечников спешил, подгонял людей, а хвойный лес все не кончался. Силы таяли, и Никита разрешил сделать короткий привал. А потом отдал приказ повернуть на запад и двигаться по прямой не меньше километра, только так можно сбить погоню с толка. Это стало непростой задачей, лес неожиданно оборвался, и группа оказалась на берегу водоема.
Пришлось идти в обход, но лыжники завязли в сложном рельефе береговой полосы. Все чаще приходилось делать привалы, вслушиваться. Бойцы сидели кучкой, заразительно зевали, курили в рукава маскхалатов — все рукава уже прожгли папиросами.
— Вы финскую форму так и не сняли, товарищ старший лейтенант, — подметил Анкутдинов. — Понравилась, видать? А ваша одежда, кстати, у нас с Камбаровым — таскаем в вещмешках.
— Таскайте, — отозвался Мечников, натягивая на уши ушанку со львом на кокарде, — рано пока переодеваться.
Подойдем к нашим — там посмотрим.
— Смотрите, Иванченко курит! — воскликнул вдруг Данилов. — Безобразие! Толик, прекрати! Ты же мамой клялся!
— Да пошел ты! — проворчал Иванченко, выбрасывая окурок. — Хватит уже подначивать, ничего не сделается с моей мамой. Ну, погорячился чуток…
— А он несерьезно, не в затяг, — засмеялся Максимов.
Снова потянулись колонной вдоль берега. Сгустились тучи, сыпал комковатый тяжелый снег. Потом усилился ветер, сменил направление, и снег полетел в глаза, обжигал лица.
За озером снова простирался сосновый бор. В какие дали он тянулся, оставалось только догадываться. Впрочем, вскоре он оборвался, местность спускалась в низину, растительный мир здесь представляли заскорузлые деревья с голыми ветвями. Пришлось сдавать обратно — меньше всего хотелось оказаться в болоте. Повернули на юг и двинулись краем низины, пока ее не пересекла дорога. Слева и справа поблескивали огоньки. Проехал небольшой грузовик с финскими солдатами.
Разведчики лежали в снегу, вдыхали зловонный выхлоп, еле сдерживая кашель."
"— Ползком через поле, — приказал Никита. — Обещаю, оно короче, чем нам кажется. До леса метров пятьсот.
На деле оказалось гораздо больше. Ползли, стиснув зубы, берегли дыхание. Это бескрайнее финское поле измотало донельзя. Наконец добрались до леса.
— Может, поспим, товарищ старший лейтенант? — простонал Данилов. — Сил уже нет, и глаза слипаются.
