— Вот мать твою, — посетовал Иванченко, — гоняйся теперь за ним. Можно подумать, нам делать больше нечего… — и, извиваясь как уж, пополз по растоптанной тропке.
Солдат вскрикнул, когда под ногами вдруг беззвучно взорвался снег, выросло «нечто», повалило его и сжало горло. Он не слышал, как за ним ползли — уши шапки были плотно завязаны. Сделавший свое дело Иванченко встал во весь рост и стал изображать часового, а Никита с Карабашем оттащили пленного в ближайшую яму, где и провели «содержательную беседу». Военнослужащего звали Кайло Топпинен, он был молод и больше всего на свете хотел жить.
Финны были храбрые, когда воевали плечом к плечу, ощущали поддержку соседа, а поражения Красной Армии только укрепляли их боевой дух. Оставшись наедине со смертью, они испытывали панический ужас и готовы были продать хоть мать родную. Сколько у него детей, какими болезнями страдают родственники, разведчиков мало волновало, хотя солдат и пытался это донести до их сострадательных и милосердных душ. Он сообщил, что к востоку от деревни располагался замаскированный узел связи.
В штате — восемь связистов, включая трех офицеров и караульное отделение. Объект осуществлял бесперебойную телефонную и радиосвязь между подразделениями в данном районе. Войска готовились к нанесению контрудара, но случилась заминка, про которую Топпинен ничего не знает. Офицеры были расстроены и получили нагоняй от начальства. («Наша работа», — не без удовольствия пробормотал Карабаш.) В самой деревне войск не было — осуществлялся режим маскировки.
Войска дислоцировались в окрестных лесах и перелесках. До противника, насколько знал рядовой, отсюда километра четыре, но у Красной Армии здесь только кордоны и пулеметные заграждения, а порой — и вовсе ничего, можно прогуляться хоть до Ленинграда. Деревня заброшена, за восточной околицей бывшая конюшня, в помещении которой и прорыт бункер. Раньше там был подвал, финские специалисты его расширили, углубили, усилили бетоном. Стоит старая завалюха — и никто не догадается, что там важный военный объект.
Бдительность — не на должном уровне. До текущей ночи русская разведка не проявляла активности, и военные расслабились. В карауле — двенадцать душ, не считая капрала и начальника караула лейтенанта Лапсалы. Узел функционирует круглосуточно — связисты спят по очереди. Караульное помещение — бревенчатая изба, примыкающая к конюшне. В левой части — непосредственно караулка, справа — угловая комната, где проводит время лейтенант Лапсала.
