Золотова вошла в спальню и почти сразу чихнула, чем привлекла мое внимание.
Оглянувшись на девушку, увидела, что она выглядит немного необычно. На щеках горел румянец, слишком яркий, будто девушка пришла с мороза. Но я-то знала, что она сегодня подменяла кого-то из целителей и сидела с детьми. Лечить их Катя не могла, но присматривать за изменением состояния так вполне.
- Привет, - Золотова подошла к кровати, скинула теплую одежду и как была в мундире, рухнула на застеленную постель.
Я отложила перо и развернулась к ней.
- Что с тобой? Простудилась?
- Похоже на то, - ответила девушка и шмыгнула носом.
- Бедняга, - я с улыбкой встала и подошла к ней. – Госпожа Лира тебя видела?
- Видела, но ей было не до меня. Она возилась с каким-то мальчиком из джарганской деревни. Кажется, ему стало хуже и Дельмар влила в него больше силы, чем прежде. Мне велела идти сюда, пока я не заразила остальных практикантов. Сказала, что ты с такой бедой вмиг справишься.
– Девушка вздохнула. – Это все занятия на полигоне. Говорил мне Соколов не расстегивать ворот на мундире, вот и результат.
Я приблизилась к ней и велела:
- Так, ложись ровно. Сейчас я тебе помогу, - и с улыбкой проследила, как Катя растянулась на покрывале, словно немаленький такой солдатик.
Наклонившись к подруге, подняла руки и провела сначала над ее грудью – под частую именно там прячется болезнь, которая сперва проявляет себя в насморке и температуре, а потом начинается кашель.
Запускать подобное не стоило, а потому я немного влила тепла в ее грудь и уже после подняла руки, постепенно изливая силу в ее горло и выше. Дошла до самой головы, так как подозревала, что у Кати она немного болит, а когда все закончила, девушка довольно улыбнулась и произнесла:
- Спасибо, княжна.
- Не за что, - я отвела руки за спину. – Ну и как твой нос?
Золотова потянула воздух, сделав вдох и ответила:
- Все отлично.
- Тогда полежи до обеда еще есть время, а я как раз закончу с письмом.
Катя кивнула и легла на бок, следя как я возвращаюсь за письменный стол и снова беру в руки перо.
Письмо вышло короткое. Я передавала в нем приветы всем домочадцам и слугам. Особенно обнимала брата, благодаря его за красивые портреты, а когда почти закончила описывать свою жизнь в крепости, написала о шапке и перчатках, надеясь, что в следующий свой приезд в форт письмоноши привезут все необходимое.
