Катя тоже застыла, удивленно глядя по сторонам, а Игнат едва не налетел мне на спину. Я удивленно моргнула и чуть качнулась в сторону, когда мимо прошел маленький джарганец Тиян. Он как-то неловко оступился и едва не упал. Я успела подхватить его и поставить на ноги при этом ухитрившись уронить книгу и ощутить легкое прикосновение детской руки. Мальчишка что-то быстро сказал на своем языке, наверное, поблагодарил, и побежал прочь. Сама не знаю почему, но, прежде чем поднять «легенды», посмотрела ребенку вслед.
Внутри что-то дрогнуло, перевернулось, появилось странное, неприятное ощущение, но секунду спустя оно исчезло, словно и не бывало.
- Твоя книга! – Игнат наклонился и поднял с пола книгу, протянул мне, стряхнув с обложки несуществующую пыль.
- Спасибо, - ответила я и вошла в зал.
- Мы что, настолько задержались, что многие уже поели и ушли? – ахнула Золотова и вытаращилась на значительно опустевшие ряды магов.
Мы переглянулись, а затем я, не отдавая себе отчет в том, что делаю, обернулась и попыталась найти взглядом маленького джарганца, но Тияна и след простыл.
Быстро же он бегает, подумалось мне.
- Идемте есть. У нас впереди еще много работы, - сказал Игнат.
- У нас, - напомнила парню. – Ты идешь отдыхать.
Он мило улыбнулся и согласно кивнул.
Втроем мы вошли в зал. Скользнув взглядом по столу, где сидел командный состав крепости, отметила, что не хватает Дельмар и Джурича. Наверняка первая уже была у больных детей, а Джурич еще не вернулся из деревни.
Внутри шевельнулась и отпустила тревога. Мы заняли свои места за опустевшим столом и я, взглянув на пустующее место, где сидел Иван, мысленно отвесила себе подзатыльник.
Я же собиралась навестить мужчину и помочь. Забыла. Стыд-то какой. Горе я, а не целитель. Нет, вот сейчас поем и сразу пойду к нему, а уже потом спущусь и присоединюсь к госпоже Лире.
Стоило задать ей пару вопросов относительно Тияна. Что-то совсем неладное творится в крепости, и у меня внутри созрело стойкое ощущение, что мальчик каким-то образом связан с этим.
Непросто ведь он был единственным из детей, кому удалось не заболеть странной, вытягивающей силы, болезнью.
Положив книгу перед собой, печально посмотрела на овсяную кашу. Даже сдобренная молотыми орехами и медом, она отчего-то не вызывала у меня аппетита, но взяв ложку, заставила себя есть.
Катя сразу же опустошила кружку с чаем и принялась за кашу. Ей, в отличие от меня, завтрак нравился.
