Где-то, где его никто не станет искать. Точнее, где менее всего подумают, что он может быть, - немного сумбурно ответила на вопрос.
И все же, мне не терпелось найти госпожу Лиру. Я не была семи пядей во лбу и у меня не было идеи по поводу, где искать мальчика, но хотелось помочь.
- Хорошо. Идем все вместе, - сказала Катя. Она сняла с крючка мундир и надев, повернулась к нам с Игнатом, сказав: - Я готова. Идем.
И мы цепочкой покинули комнату.
***********
В крепости был переполох. Марк стоял у окна и видел, как вдоль ворот бегают маги.
Они что-то пытались сделать, махали руками, перекрикивались, вот только точных слов княжич не слышал – мешало толстое стекло окна. Зато видел отлично.
Надо же, этот джарганец сбежал. Ну и почему он не удивлен? Стоило лучше охранять пленника, а еще лучше было бы заковать ему ноги в кандалы. Вознесенский как-то читал о подобном способе убавить прыти таким, как тот джарганец. Он отлично помнил, как в самый первый дозор вне стен крепости капитан Джурич лично притащил из леса раненого одноплеменника.
Еще он помнил, как его пытали, хотя в тот день в подвале молодому магу более всего запомнилась не сцена пытки, а Туманова.
Что его тогда зацепило в ней? Ее талант как целителя? Наверное, и это тоже. Но мужчина понимал еще одну истину. Его зацепил ее взгляд.
Она перестала смотреть на него так, как смотрела прежде. Исчезло выражение полного обожания. На смену пришли отстраненность и почти вежливая холодность. И надо же, Марку стало неприятно.
Принесли же ее темные на север!
Боевой маг отошел от окна.
Через час начнется его смена на крепостной стене. Он не завидовал тем бедолагам-практикантам, которые упустили пленного джарганца. Нелестный отчет они получат в своей записи по практике.
Марк запахнул на груди тяжелый плащ и направился к винтовой лестнице, спускавшейся к черному ходу, который выходил прямо к загонам для драконов.
Прежде чем отправиться в дозор, он захотел увидеть Наталью. Его по-прежнему тянуло к ней, хотя теперь это было влечение немного иного рода.
Впрочем, Вознесенский уже подозревал и опасался, что ошибся.
Ему определенно стоит определиться со своими желаниями. Мог ли он подумать, что станет сомневаться в собственных чувствах? А ведь как все было бы просто, не отправься Туманова на этот проклятый всеми богами север? Он бы любил свою Наталью и думать не думал о другой.
«Родители пришли бы в восторг, узнай, что мне стала нравиться их избранница!» - подумал он с горечью.
