- Мы можем поговорить наедине? – Вознесенский уже овладел собой и говорил в прежней манере, чуть развязно, уверенно и спокойно. Выдавали волнение только глаза. Они у него как-то странно блестели, но этом могли быть и последствия после нападения чудовища. Все-таки не каждый день жизнь подвергается такому огромному риску.
- Наедине не получится. Мы ждем госпожу Дельмар. Она выйдет с минуты на минуту, - сказала я.
- Ну, давай поговорим хотя бы немного в стороне от твоих друзей, - попросил княжич и я решилась.
Зря, наверное, но подошла к нему, игнорируя вопросительный взгляд Золотовой.
Встала, глядя в глаза бывшему жениху, и произнесла:
- У тебя есть минута или две. Говори.
Марк смерил меня взглядом, глядя так, будто видел впервые. На моей памяти, он еще ни разу не смотрел так оценивающе. Сейчас мужчина рассматривал женщину, и я невольно пожалела, что согласилась к нему подойти.
- Я знаю, что ты спасла мне жизнь, - сказал Вознесенский. – Это дорогого стоит.
- Это моя работа и мой долг, - ответила и ведь не соврала же? Просто не упомянула, как бежала к нему, не чувствуя под собой ног.
Нет. Такое Марку знать нельзя. А мне не стоит помнить. Вычеркнуть из памяти миг, когда сорвалась. Забыть, как страшный сон, тем более, что он закончился вполне благополучно. Марк стоит передо мной живой и здоровый, хвала всем богам. Остальное неважно.
- Да. Возможно, ты и права, но я, - он на миг замолчал, затем покосился на моих друзей и уже тише, как-то по-особенному коснувшись рукой моей руки, добавил, - но я тешу себя надеждой, что ты все же боялась за меня.
Удержаться и не проявить эмоции не удалось. Удивление, вот что проступило на моем лице, и я даже без зеркала могла бы спокойно описать, как выглядела в этот момент.
О чем он вообще? Какой такой надеждой тешит себя?
- Алекса, я был глуп. Здесь на севере мне удалось многое понять и передумать. Я был неправ, я был неучтив и снова глуп. И я, - он посмотрел мне в глаза. – Я ошибся, когда решил, что нам не суждено быть вместе. И понял это только сегодня.
От его признания у меня даже дар речи пропал. Отступив на шаг назад, посмотрела на Вознесенского уже другими глазами. В голове промелькнула мысль потрогать его лоб на наличие горячки. Уж не с Натальей он меня ненароком спутал?
Но нет. Глаза кажутся чистыми и полными осознания происходящего. А мне отчего-то даже стало тошно.
- Я решил написать родителям, - Марк вскинул голову, но продолжил смотреть на меня. – Видишь ли, я знаю, что это ты спасла меня.
