Я ждала, что он согласится, но этого не произошло. По факту он выглядел раздраженным ее появлением.
– Я уже все сказал тебе, Мерседес. Нам не о чем разговаривать."
"По виду Мерседес можно было сказать, что ей глубоко наплевать на этот ответ, однако свою злость она решила выплеснуть на меня.
Наклонившись, она ударила ладонью по столу.
– Вижу, у тебя новая puta, ха?
Я каждый день узнавала о себе что-то новое. Сегодня я открыла для себя, что немного говорю по-испански.
И то, что я устала от чужого дерьма.
– Во-первых, я не шлюха. Во-вторых, тебе не стоит говорить о себе в таком ключе.
Губы Стоуна изогнулись в улыбке. Мерседес, словно змея, вывернула голову.
– Извини?
Щелкнув пальцами, я спокойно объяснила ей:
– Ты сказала, что у Стоуна новая шлюха. Из чего можно сделать вывод, что ты была его первой шлюхой. – Взяв вилку, я съела немного картошки. – Как я уже сказала, не стоит говорить о себе в таком ключе.
Или обо мне.
– Вот черт, – присвистнула одна из ее приспешниц. – Ты позволишь ей так с собой разговаривать, Мерседес?
Почему, Господи, ну почему у каждой «королевы» всегда есть какая-то сучка, постоянно ее подначивающая?
– Черта с два.
– Мерседес выглядела так, словно хотела разорвать меня на кусочки. – Я не шлюха, сучка.
– Это не я сказала, – напомнила я ей, – а ты.
Очевидно, что наша небольшая словесная перепалка оказалась для нее слишком тяжелой задачей.
– Сука, я тебя убью.
Она кинулась в мою сторону, но Стоун вдруг встал между нами.
– У меня есть немного времени до работы. Встретимся на парковке после уроков.
Кажется, это немного ее успокоило.
– Да, хорошо. – Она перевела свой злой взгляд на меня. – Это еще не конец, шлюха.
Я улыбнулась во все зубы.
– В последний раз тебе говорю, я не шлю…
– Бьянка?
Я глянула на Стоуна.
– Да?
– Она уходит. Забей.
– Ладно.
Мерседес и ее подружки ушли, и Стоун снова упал на свое место.
– Сколько вы встречались?
Стоун замер.
– С чего ты взяла, что мы встречались?
Он, должно быть, шутит.
– Я, возможно, многого не помню, но у меня хватает мозгов, чтобы понимать, что, когда девушка так себя ведет, она ревнует.
Он проткнул кусок неопознанного мяса вилкой.
– Пять месяцев. – Парень откусил кусочек и вытер рот салфеткой. – Я бросил ее пару недель назад.
Что-то в моей груди зашевелилось.
– Пять месяцев – это целая вечность для старшей школы. Наверное, у тебя были к ней сильные чувства.
– Ага. – Стоун прочистил горло.
