Злата мужьями богата (СИ)

У верхнего края корсажа справа и у левого бедра наряд украшали пышные розовые соцветия из тончайшей прозрачной ткани, похожей на органзу. Шею и тонкие запястья Элизии облегали в три ряда нити белого жемчуга.

— Лучик! Элизия! Вы восхитительны! Сисса Флоксиния — вы величественны и прекрасны! — проявил неожиданную куртуазность маршал Сандгрон.

Он приблизился к лестнице, по которой одна за другой спускались женщины, и подал по очереди руку каждой из них, чтобы помочь преодолеть последние ступеньки.

Дагрон и Ольгрон последовали примеру Санда и тоже рассыпались в комплиментах и восторженных восклицаниях. Сисса Флоксиния несколько мгновений вместе со своими юными воспитанницами наслаждалась похвалами, но потом быстренько взяла командование в свои нежные, но уверенные ручки:

— Ну все, все! Слушать ваши сладкие речи можно бесконечно, но мы рискуем опоздать к началу торжества…

Уж чего-чего, а опоздания его величество Мейогрон Строедуб не простил бы, ведь это выглядело бы как неуважение.

Так что, вняв голосу разума, мужчины быстро разобрались, кто кого сопровождает и повели своих дам к выходу. Дагрон сопровождал Злату, Сандгрон — сиссу Флоксинию, Ольгрон — Элизию. Мэтр Цисгрон, заручившись согласием хозяина дома, умчался во дворец рано утром, чтобы проследить за приготовлениями к балу.

На улице, за чугунной оградой, обнаружились три открытых кареты, напоминавших двухместные ландо. Ездовые животные в красивой упряжи напоминали своим внешним видом помесь карликового верблюда и зебры: они были горбаты и полосаты, но при этом имели изящные шеи и тонкие сильные ноги.

Дагрон подвел Златку к экипажу, повернул к себе лицом, ухватил за талию, приподнял и поставил на подножку.

— Так твое платье не помнется и не порвется, Лучик, — шепнул он и тоже запрыгнул в повозку.

Вот так, небольшим кортежем, они и прибыли ко дворцу.

От кареты до высоких двустворчатых дверей, у которых гостей встречали ливрейные лакеи в ярко-зеленых камзолах, коричневых бриджах и высоких сапогах-ботфортах, Злате и ее сопровождающим пришлось одолеть всего лишь пять широких ступеней.

Переступив порог королевского дворца, Златка с трудом удержалась от того, чтобы, приоткрыв рот, начать оглядываться по сторонам. Увы! Ей лишь краем глаза удалось оценить великолепие высоких резных колонн и оконных витражей, обилие картин в золоченых рамах и изящество мебели.