Злата мужьями богата (СИ)

Вернувшись домой, Злата и Элизия, не сговариваясь, помчались на второй этаж в будуар. Устроились в соседних креслах перед изящным столиком, который на земле назвали бы журнальным, а в Барбуерри называли чайным.

— Ну же, Лиззи, доставай зеркальце! — нетерпеливо потребовала Воскобойникова.

Элизия полезла в карман платья. Распахнула глаза, приподняла бровки:

— Что — потеряла?! — Злата аж задохнулась на миг, не столько от сожаления, что не узнает секретов принца Максона, сколько потому, что привязалась к своему ворчливому артефакту.

— Нет, — Лиззи вывернула кармашек наизнанку. — Замок шкатулки зацепился за что-то…

— Уф… — выдохнула Златка. — Давай, помогу.

Наконец, шкатулка была извлечена и торжественно водружена на столик.

— Ну, открывай, — теперь уже и Элизия заразилась нетерпением.

Воскобойникова, не теряя времени на охи-вздохи, щелкнула замочком и позвала:

— На прием запишетесь у секретаря, когда его ко мне приставите, — пробурчало сонным голосом зеркальце. — Ох, утомилась я сегодня.

— Алисонька, лапонька, ну не вредничай, — принялась подлизываться Злата. — Ты ведь не хочешь, чтобы твоя хозяйка скончалась во цвете лет от острого приступа любопытства?

— Альда Злата, я на лесть не падкая. — Слегка, впрочем, лучась розовым светом от удовольствия, строго заявил артефакт. — Но, так и быть, слушайте. Когда сисса Элизия сумела подсунуть меня вашему принцу в первый раз…

— Он не наш! — возразила Злата.

— Не перебивайте, девушки! Так вот, когда мне удалось заглянуть в мысли принца Максона в первый раз, то на поверхности лежали его переживания о том, как сильно пострадает его лицо от удара в лоб, и не будут ли над ним втайне насмехаться по этому поводу… в общем, ничего интересного.

— Да уж, — фыркнула Воскобойникова. — Кто бы мог подумать, что принц Зерафири — весь из себя нежный цветочек и так трепетно относится к своей внешности…

— Но он и правда очень хорош собой! — вступилась за Максона Лиззи.

— Тихо! — прикрикнула Алиса. — Дослушайте, потом обсуждать будете.

— Все-все, молчим, — примирительным тоном отозвались девушки.

— Значит, на чем я там остановилась? Ах, да! Второй раз Элизия сумела поймать отражение принца, когда он сидел рядом с ней, закрыв глаза, и делал вид, что отдыхает. Вот только мысли его читать было бесполезно: думать он оказался практически не способен…

— Как это? Почему? — не поняли слушательницы.