Злата мужьями богата (СИ)

 — Как такое могло случиться, что наш Лучик птицей обернулась? И что теперь делать?

— Кло-кло-кло! — защелкала клювом сипуха и повертела головой, пытаясь объяснить, что она и сама не знает, что с ней такое приключилось.

— Как — это мы потом выясним, — пресек ненужные вопросы эльф. — Сейчас главное понять, как помочь Злате снова человеком стать. — Злата, ты же раньше совенью не оборачивалась?

Птица вздохнула, повертела головой и даже слегка приподняла крылышки — словно развела руками.

— Не знает, — правильно понял пантомиму Дагрон.

— Так, может, ей вон как Ольгрону попробовать? Ол, ты как в кота перекидываешься и обратно? Давай, объясняй! — потребовал Санд.

— Не знаю… — растерялся рыжий. — Оно само получается. Мы ж с трех лет уже начинаем оборачиваться. Все само выходит как надо.

— А вертишься во время оборота зачем? — продолжал расспросы дотошный воин.

— Ну… во время движения оборот легче идет. Неподвижному телу сложнее принять новую форму.

— Слышишь, Злата, — обратился Санд к совени, — попробуй, что ли, тоже кувыркнуться в воздухе и одновременно представляй, что в девушку превращаешься.

Златка ответила Сандгрону скептическим взглядом. Жаль, мужчина по совиной морде читать не умел, а потому Златкиного недовольства не почувствовал.

«Я и так с трудом на двух лапах балансирую, и летать толком еще не научилась. А он мне кувыркаться предлагает. Не знала бы, что я — его Огненная Пара, решила бы, что Санд моей смерти хочет».

— Погоди ты с кувырками, — осадил Даг товарища. — Во-первых, надо, чтоб Лучик на что-то мягкое кувыркалась, а то расшибется еще… Во-вторых, Злата, ты не просто желай снова девушкой стать, а представляй, что становишься. Понимаешь?

— Ух-ху-у, — печально согласилась Златка.

Она уже догадывалась, что просто не будет. Но пытаться была настроена до тех пор, пока своего не добьется. Не век же ей совушкой летать?

Эльф, не опуская руку, на которой сидела Злата, подошел к двери, подергал за шнур.

— Чего изволите, магистр Дагрон? — спросил вежливо, стараясь не коситься на птицу, сидящую на руке хозяина.

— Принеси нам четыре самых больших подушки, какие есть в доме, и кожаные наручи, — приказал маг.

— Будет исполнено! — лакей поклонился, изо всех сил стараясь не показывать, насколько удивлен странным приказом.